Иным путем

Иначе им кирдык…

– Тут может быть лишь один выход, – сказал майор Османов, – поскольку такого состояния русская армия достигла в результате четверть векового бездействия, то необходимо немедленно начинать проверку боеготовности и регулярные учения. По результатам кого-то повысить, кого-то перевести на административные должности, а кого-то отправить в отставку. Конечно, расходы на содержание армии вырастут, но иначе никак, потому что нас просто сожрут.

– Это-то понятно, – вздохнул Михаил, – но где на все это взять денег? Сейчас перед нами стоит множество задач, и все они первоочередные. Прямо заколдованный круг какой-то. Крестьянский вопрос решать надо? – Надо! Причем с ликвидацией бедности и нищеты двух третей российского населения. И программа господина Столыпина тут не поможет, ибо, напротив, решая буржуазным путем задачи индустриализации сельского хозяйства, мы получим дальнейшую люмпенизацию крестьянства. Это нам категорически не подходит.

Дело в том, что частный внутренний спрос останется на столь же ничтожном уровне, что и нынешний, что лишает экономического стимула программу индустриализации. Кстати, так называемый кризис 1900–1903 годов, как раз и связан был с тем, что при недостаточном частном спросе уже исполнили основные государственные заказы на металл по строительству Транссиба и по большой судостроительной программе, в том числе и для нужд Дальнего Востока. Отсутствие государственных заказов и означало «кризис». А основной его причиной был недостаточный частный спрос. К тому же люмпен, все равно – сельский или городской – является фактически отбросом общества. Люмпенизация от половины до трети населения империи – это есть путь к тому ужасному бунту, который зальет кровью территорию России.

Михаил вздохнул.

– Единственный реальный путь это тот, которым пошел ваш товарищ Коба в конце двадцатых начале тридцатых годов. Создание на базе русской крестьянской общины системы производящих артелей, с государственной технической поддержкой и обеспечением гарантированного государственного заказа. Но и тут есть сложности. Большевики начали программу коллективизации уже после того, как в ходе Первой мировой и Гражданской войн, отягощенных спадом производства и массовым голодом, из нашей деревни «выбыли» – а на самом деле погибли – те самые двадцать-тридцать миллионов лишнего сельского населения, которые мы сейчас собираемся переселять на восток. По понятным соображениям, ТАКОГО выравнивания плотности населения и пахотных земель мы допустить не можем. В то же время у товарища Кобы была хорошо организованная, дисциплинированная и, если так можно сказать, фанатичная политическая сила.