Инсургент

Не знаю, чего я от них ожидала, но их нормальный вид меня удивляет. Они не дерутся и не избегают друг друга. Одни шутят, другие тихо переговариваются. Однако постепенно понимают, что нас тут быть не должно.

— Сюда, — говорит Эдвард, подманивая нас пальцем. — Она здесь.

Мы следуем за Эдвардом вглубь здания, которое, по идее, давно заброшено. Нас встречают внимательные взгляды и молчание. В конце концов, я перестаю сдерживать любопытство.

— Что здесь происходит? Почему вы все вместе?

— Ты думала, что они — мы — разобщены? — говорит Эдвард через плечо. — Так и было какое-то время. Не способные ни на что, кроме поиска еды из-за голода. Но потом Стиффы начали давать им еду, одежду, инструменты, все. Они стали сильнее и ждали. Они были такими, когда я нашел их, и они приняли меня.

Мы идем по темному коридору. Я чувствую себя как дома, в темноте и тишине туннелей Бесстрашных. Тобиас, однако, закручивает нитку от рубашки вокруг пальца, вперед-назад, снова и снова. Он знает, с кем мы должны увидеться, но я до сих пор не имею об этом ни малейшего понятия. Как так случилось, что я почти ничего не знаю о парне, признавшемся мне в любви, парне, чье имя достаточно значимо, чтобы сохранить нам жизнь в поезде, полном врагов?

Эдвард останавливается у металлической двери и стучит по ней кулаком.

— Стой, ты сказал, что они ждали? — говорит Калеб. — Чего же они ждали?

— Пока мир не распадется на части, — говорит Эдвард. — И сейчас это произошло.

Дверь открывается, в проходе стоит женщина с суровым видом и внимательно нас изучает.

— Бездомные? — говорит она.

— Вряд ли, Тереза, — он указывает своим большим пальцем через плечо на Тобиаса. — Это Тобиас Итан.

Тереза смотрит на Тобиаса в течение нескольких секунд, а затем кивает.

— Он, определенно. Подождите.

Она снова закрывает дверь. Тобиас тяжело сглатывает.

— Ты знаешь, за кем она пошла, ведь так? — говорит Калеб Тобиасу.

— Калеб, — говорит Тобиас. — Пожалуйста, помолчи.

К моему удивлению, брат подавляет свое любопытство Эрудита.

Дверь открывается снова, и Тереза отступает, чтобы пропустить нас внутрь. Мы проходим в старую котельную с оборудованием, которое выплывает из темноты так неожиданно, что я то и дело ударяюсь о него то коленями, то локтями. Тереза ведет нас через металлический лабиринт в дальнюю часть комнаты, где с потолка свисает несколько ламп, освещая стол.

Перед ним стоит женщина средних лет. У нее кудрявые черные волосы и оливкового цвета кожа. Ее черты лица резкие и какие-то угловатые, что делает ее внешность почти непривлекательной.

Тобиас впивается в мою руку. В этот момент я осознаю, что у этой женщины такой же нос, как у него — крючковатый, немного крупный для ее лица, но идеально подходящий для лица Тобиаса.