Инструктор. Законопослушные граждане

— Ирина…

Забродов вздохнул полной грудью и задержал дыхание, чтобы собраться с мыслями, так как не знал, как реагировать на столь поздний, а главное, неожиданный звонок беглянки. Он хотел было сказать в адрес белокурой красавицы что-нибудь нелицеприятное. Однако, как человек воспитанный, только шумно выпустил из себя воздух, причмокнул губами и проговорил:

— Понятно…

В мобильном телефоне зависла пауза. Илларион предполагал, что Ирина объяснится и расскажет, что же произошло, но женщина молчала.

— И где ты? — не выдержав «молчанки», язвительно поинтересовался Забродов.

Ирина Мирошниченко шумно вздохнула:

— Я в Питере, Илларион.

Забродов хотел сначала усмехнуться и съязвить, но, почувствовав в голосе женщины минорные, тоскливые нотки, вдруг стал серьезным и, забыв о своих мелких обидах, прямо спросил:

— Что случилось, Ира?

Возбужденная собеседница, шумно вздохнув, тихо ответила Забродову:

— У меня погиб брат…

— Ка-а-ак… — попытался выдавить из себя Илларион Забродов вопрос, но на полуслове застыл, потом взял себя в руки и уточнил: — Как погиб, Ирина?

Ирина Мирошниченко, глотая соленые слезы, порывисто и шумно вздохнула:

— Его убили.

На связи повисла гробовая тишина, и через несколько секунд Забродов услышал, как женщина разразилась громким рыданием.

— Ириша… — не зная, что сказать и как успокоить, растерянно прошептал Забродов. — Ирина, дорогая, подожди…

— Что случилось? — неожиданно подал голос Говорков, который сначала недоуменно смотрел на пустую бутылку, а потом на побледневшего хозяина квартиры.

Но Забродов даже не услышал вопроса.

— Ира, я сейчас приеду! — пообещал он. — Какой твой адрес?

После некоторого молчания Ирина тихо и печально проговорила:

— Не стоит, Илларион, ему уже ничем не поможешь.

Забродов заметил:

— Ему, Ирина, к сожалению, уже никто не поможет, но ты же живая!

Ирина горько усмехнулась:

— Не знаю…

Забродов сжал зубы. К нему наконец стали возвращаться выдержка и хладнокровие, и он, решительно вздохнув, громко сказал:

— Я знаю, Ириша! Говори, где ты остановилась в Санкт-Петербурге!

Не дожидаясь ее ответа, он, не отрывая от уха сотового аппарата, вышел из кухни в коридор и, подойдя к стационарному телефону, раскрыл блокнот и взял шариковую ручку."

"— Ирина, говори, я записываю, — наклонившись над блокнотом, произнес Забродов.

Женщина взяла себя в руки и, слегка откашлявшись, сообщила свой адрес.

Хозяин квартиры быстро черканул ручкой на листке блокнота питерский адрес Ирины Мирошниченко, где она временно остановилась у своих родственников.

— Записал? — спросила женщина.

Илларион в ответ тряхнул головой, словно Ирина могла его видеть.

— Да, Ирина, записал, — подтвердил он и добавил: — Жди, скоро буду!

— Хорошо.