Инструктор спецназа ГРУ

— Надо съездить за ключами и отогнать машину в гараж, пока на запчасти не разобрали, — вздохнул Мещеряков. — Когда же спать-то?

И он снова подергал ручку двери со стороны водителя. Рядом с ними вдруг затормозил старый, похожий на жука «фольксваген». В открытое окошко высунулась чья-то голова и грозно спросила:

— Эй, полковники, вы зачем чужую машину лапаете?!

Майор Жангалиев мягко, по-кошачьи выпрыгнул из машины на раскисшую глинистую почву, поросшую редкой щетинистой травой. Под ногами чавкнуло. «Не лето а сплошное дерьмо», — подумал он, привычно разглаживая густые усы согнутым указательным пальцем. Козлов и Свирцев, цепляясь автоматами, неторопливо вылезли наружу и присоединились к нему.

— Выводи, — скомандовал майор.

Свирцев понимающе ухмыльнулся, кивнул Козлову, и оба омоновца неторопливо зашагали к заднему борту, оскальзываясь в грязи. Водитель, высунув голову в окошко, тоскливо проныл: «Опять по пуду грязи в машину натащите. Сколько можно… И когда погода наладится?»

Жангалиев коротко глянул в его сторону, и голова водителя исчезла в машине."

"В полукилометре шумело шоссе, обозначенное темной полоской деревьев ветрозащитной полосы. Шум долетал порывами, когда стихал дувший в сторону шоссе ветер. До самой дороги расстилался унылый глинистый пустырь, на котором даже сорная трава росла неохотно. Когда-то он был весь изрезан глубокими колеями тяжелых самосвалов, но дожди, снега и жара за несколько лет разгладили шрамы, оставив на их месте лишь легкие неровности, похожие на небольшие волны.

В сторону шоссе от заброшенного карьера вела, неизвестно зачем грязная дорога с разбитыми, полными мутной глинистой воды колеями. После сражения с этой, с позволения сказать, дорогой борта «уазика» были до половины забрызганы грязью, а колеса превратились в бесформенные комья глины.

Поодаль, накренившись и до половины уйдя в уже поросший бурьяном глиняный бугор, ржавел всеми забытый остов бульдозера. Кабина смотрела слепыми бельмами разбитых окошек. Из переднего окошка высовывался чахлый стебель бурьяна.

Проселочная дорога, петляя, убегала куда-то в поля, прочь от шоссе. Майор Жанталиев никогда не интересовался, куда она может вести, — вся эта буколика навевала на него беспредельную глухую тоску. Хотелось побыстрее закончить дело и вернуться в город. Он напомнил себе, что сначала надо будет заставить водителя вымыть машину.

Тем временем Козлов и Свирцев вывели из машины задержанного. Этот человек больше был не нужен хозяину, и его предстояло вычеркнуть из списков. Жангалиев зевнул, прикрывая рот ладонью, и снова разгладил усы. Слишком близко они к нему стоят, подумал он лениво, как бы чего не вышло. Парень, видать по всему, бывалый, недаром хозяин на него глаз положил.