Инструктор спецназа ГРУ

Темный силуэт на фоне бледно-серого неба покачнулся и, сложившись пополам, исчез за краем обрыва. Два перемазанных глиной увальня перешли с бега на шаг, приблизились к краю карьера и уставились вниз. «Зажрались, сволочи, — подумал майор, обленились».

Жангалиев неторопливо пошел к ним, на ходу засовывая пистолет в кобуру. Подойдя, он отодвинул в сторону Козлова, с которого все еще текло, и глянул вниз.

По желтоватой поверхности мутной воды медленно расходились круги.

— Готов, — сказал Свирцев и слегка поежился под тяжелым взглядом черных глаз майора."

"— Похоже, что готов, — медленно сказал майор Жангалиев, снова переводя взгляд на воду. Круги на ней уже исчезли, и мутно-желтый глаз карьера с прежним равнодушием уставился в серое небо.

— То-то караси отъедятся, — сказал Козлов, пытаясь утереть грязное лицо не менее грязным рукавом.

— Интересно, какая здесь глубина? — задумчиво спросил майор.

— Хрен его знает, товарищ майор, — пожал плечами Свирцев, — метров десять, не меньше.

— Зае…ся доставать, — сказал майор.

— А чего его доставать? Пускай себе плавает…

— А что ты этим козлам из прокуратуры предъявишь? Рожу свою немытую?

Ладно, поехали, тут без акваланга делать нечего.

Илларион вынырнул тихо, без единого всплеска и сразу быстро завертел головой во все стороны, осматривая обрывистые берега карьера. Омоновцев нигде не было видно, а через минуту наверху хлопнули дверцы и натужно взревел двигатель. Судя по всему, майор со своими орлами заглотил наживку и укатил докладывать, что задержанный Забродов убит при попытке к бегству. Следовало, однако, учитывать возможность ловушки: в узких азиатских глазках усатого майора сквозила звериная хитрость, и потому Илларион не торопился покидать карьер. Присмотрев поблизости торчащую из глинистого откоса черную от старости корягу, он осторожно подплыл к ней, продуманными движениями скованных рук отталкиваясь от скользкого берега, и притаился под этой ненадежной защитой, выжидая, когда оставленные в засаде стрелки, если они есть, потеряют терпение и уйдут.

Плавать в наручниках оказалось делом весьма и весьма непростым — был момент, когда Илларион решил, что утонет здесь, как мышь в ведре. Но годы тренировок не пропали втуне — он не утонул и теперь сидел, спрятавшись под корягой, как какой-нибудь рак. Правда, подумал Илларион, даже в нашем учебном центре ни одна светлая голова не додумалась до того, чтобы ввести в программу обучения плавание в наручниках.

В правом боку ощущалось легкое жжение. Рана, похоже, была несерьезная, пуля прошла по касательной, вспоров кожу, но потеря крови — тоже не сахар, тем более, что в здешней воде наверняка резвится На просторе множество бацилл.