Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

О приближении людей я узнал где-то за полчаса — Пурген предупредил, что в лесу появились чужие. Описал, как они выглядят, и обрадованная Вивиан сразу сказала, что это свои. Но у меня режим паранойи выкручен на максимум, поэтому я попросил козла затаиться среди деревьев и быть готовым долбануть всем, чем только сможет.

Однако моя подруга совершенно не разделяла моих переживаний и даже как-то излишне расслабилась, что с моей точки зрения было большой ошибкой. С другой стороны, ей ранее никогда не приходилось сталкиваться с предательским ударом в спину или подлыми подставами, поэтому ей, наверное, простительно. На такой случай у нас в компании есть я, который считает, что лучше перебдеть, чем потом наивно хлопать глазами, жалуясь на жизнь.

Последний кусок шашлыка таял во рту, смешиваясь с дымком ольхи и диким медовым привкусом. Я потягивал терпкий чай из походной кружки, слушая, как ветер играет в вереске, а волны мерно бьются о скалы внизу. Мир. Настоящий, хрупкий, дарованный нам после ада. Вивиан расслабленно сидела рядом, ее плечо тепло прижималось к моему, лицо в отблесках костра казалось почти безмятежным. Мы, чтобы скоротать ожидание, неспешно говорили о пустяках — о том, как Изабелла обожает гладить лошадей, о том, что первым делом купим в ближайшем городе хорошие новые сапоги… Будто кошмар Пустоши, оставшийся позади, был лишь дурным сном.

И тут появились воины. Дали о себе знать не шумом. Не криком. Тишиной. Давящей, внезапной. Треск костра внезапно стал слишком громким в наступившей мгле. По периметру нашего маленького круга света из черных провалов между скалами и вереском выросли фигуры.

Двадцать. Ровно. Как по мерке. Не солдаты имперского легиона. Не ополченцы. Это были слуги Дома Лоррен. Я узнал их по вышитым на темно-синих плащах фамильным гербам — серебряная лилия на волнистой синей полосе. Такой же был и у Вивиан. Но эти гербы теперь казались не защитой, а печатью.

Доспехи — не обычные латы, а черная, матово блестящая «чешуя», поглощающая свет. Шлемы с опущенными забралами, скрывающими лица. В руках компактные арбалеты с магическими кристаллами на ложе и короткие мечи с клинками цвета воронова крыла. Рыцари Лорренов. Элита. Личная гвардия герцогов. Те, кого воспитывали для защиты крови рода с пеленок. Абсолютная преданность. Абсолютная смертоносность.

Их походка была бесшумной, движения — синхронными, как у хорошо смазанного механизма. Они возникли внезапно, будто из пустоты, и сразу окружили нас, взяв в кольцо. Каждый — на своей позиции. Без суеты. Без лишних слов. Воздух, казалось, сгустился от их сосредоточенной, холодной ярости.

Вивиан замерла. Ложка выскользнула из ее ослабевших пальцев, упав в золу с тихим плюхом. Ее лицо, еще секунду назад расслабленное, стало каменным.