Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

— мое слово не было криком. Оно было тише шепота умирающего. Но оно разрезало гам, как лезвие тончайший шелк. Воздух звенел от внезапной тишины. Даже пламя Сварога на миг притухло. — Ваше присутствие оскверняет мой покой. Ваши претензии — пыль на сапоге Вечности. Уйдите.

Я не приказала. Я констатировала. И сила Царства Мертвых откликнулась. Тени за колоннами ожили, сгустились. Холод, способный заморозить божественную кровь, пополз по залу. Воздух стал вязким, как смола, давя на их сияющие формы. Мелкие божки замерли, их гнев сменился животным страхом. Они почуяли Дверь, за которой нет возврата. Не для душ смертных — для них. С визгом, со вспышками, они стали таять, исчезать, смываемые волной абсолютного Небытия, что я приоткрыла на миг.

Остались двое. Сварог, все еще пылающий, но уже без прежней уверенности. Его взгляд метался, оценивая сгущающиеся вокруг него Тени. И Переруг, съежившийся, готовый сбежать, но жажда мести и утраченного влияния приковывала его к месту.

— Вы двое, — голос мой был гладким, как лед на черной воде, — потеряли свои метки. Ваша воля больше не держит Видара на привязи. Ярмо снято. По договору. С ним.

Сварог рванулся вперед, но тени перед ним встали стеной. Его жар бился о них, как о скалу.

— Тогда он свободен⁈ Ото всех⁈ Мы потеряли контроль⁈

— Свобода — иллюзия, — парировала я. — Особенно для такого… инструмента силы. Видар осознает необходимость направляющей руки. Избранной руки. Он согласен. Был согласен и раньше, — я подчеркнула последнее слово, глядя прямо в ослепительные глаза Владыки Огня. — Он желал лишь избавиться от роя. От пиявок. От мелких игроков, — мой взгляд скользнул по Переругу, заставив его сжаться. — Оставить… главных.

Наступила тишина. Гнев Сварога клокотал, но в нем появилась искра… расчета. Он понял. Переруг заерзал, его цепкий ум уже лихорадочно соображал, как вывернуться, как урвать свой кусок в новой игре.

— Предлагаю то, о чем он говорил, — продолжила я, не меняя тона. — Совместное влияние. Три силы. Огонь Небесной Кузни, — кивок Сварогу. — Ярость Рода и его судьба, — кивок Переругу. И пауза. — И… Весы Перехода. Моя длань. Мое слово — последнее. Решающее.

Сварог замер. Его пламя теперь не пожирало, а измеряло. Взвешивало выгоду. Он потерял полный контроль, но избавился от конкурентов и получил… союз с самой Смертью? Сильный ход. Опасный, но сильный.

Переруг захихикал, потирая костлявые руки:

— Триумвират… Да, да! Яростная мощь рода, закаленная небом и… направленная твердой рукой к достойному Концу! Я… я принимаю! Я знаю его душу, я могу…

— Ты будешь делать то, что скажу я, — оборвала я его, и мой холодный взгляд впился в него, замораживая слова на губах. — Или присоединишься к изгнанному рою. Навечно.

Он сглотнул, кивнул с унизительной поспешностью.