Империя огня. Амнезия в подарок

— Это плохо?

— Госпожа Кинзия всегда злится, когда ее супруг начинает уделять внимание красивым эньорам.

— Госпоже Кинзии не о чем беспокоиться, — немного раздраженно заявила я, потому что в какой-то мере ощущала свою вину перед ней за то, что немножко, самую чуточку влюбилась в ее мужа.

— Конечно, — покладисто проговорила Нереза. — Давайте займемся вашими волосами.

Женщина взялась за щетку и принялась расчесывать мои подсыхающие волосы. Дело сразу пошло тяжко, и скоро служанка запыхтела от натуги.

— Давайте я лучше сама, — предложила я. — Волосы у меня сложные, сильно пушатся после мытья. Обрезать бы их.

От ужаса Нереза аж щетку из рук выпустила, и та громко упала на пол.

— Не вздумайте, — шепнула она, — отрезать такие волосы – это преступление!

Я усмехнулась, но спорить не стала, и, подняв щетку, начала безо всякого почтения и трепета раздирать свою гриву, пышную и буйную после мытья. Нереза с болью смотрела на то, как я обращаюсь со своими волосами, но никак это варварство не комментировала.

Когда я закончила расчесываться, она со всей тщательностью одела меня во все новое. Панталоны мне понравились, они были весьма удобные, чулки сползали, корсет чуть сдавил живот, зато красиво приподнял грудь, сорочка так и ласкалась к телу. Туфли оказались маловаты, но терпеть можно. И самое важное – платье… Оно было простое, домашнее, приглушенного темно-синего цвета, но я так и трепетала, пока Нереза помогала мне в него облачиться.

Гелл сказал, что придет за мной, чтобы отвести в столовую, и я нервничала, ожидая его появления с минуты на минуту. Тщеславно и глупо, но я не могла перестать воображать, как он отреагирует на меня в таком «эньорском» виде; мое сердце колотилось бешено, и даже немного схватывало живот.

— Нереза, — нервно проговорила я, — как я, по-вашему, выгляжу?

Служанка не успела ничего ответить; в дверь постучали.

Глава 8

Шумно вздохнув, я кивнула Нерезе на дверь – открой. Открыв дверь, она поклонилась и отошла в сторону, а я осталась стоять на месте.

Вошел не Брадо Гелл, а его воспитанник.

Это было разочарование, это был ступор, это была неловкость.

Мы замерли напротив друг друга. Глаза у Сизера ледяные, что цвет, что выражение, но они обожгли меня, как огнем.

— А где эньор? — спросила я.

— Здесь, — ответил Мариан, усмехнувшись.

— Эньор Гелл, я имею в виду.

— Я за него. Вы готовы?

— Нет. Мне еще долго готовиться, — отрывисто проговорила я; от волнения мне стало не хватать воздуха. Сделав два глубоких вдоха-выдоха, я уже более спокойным тоном сказала: — Не стоит меня ждать. Я спущусь, как буду готова.

— Вы на прием к императору готовитесь? Будет обычный ужин. Прием пищи, — насмешливо произнес мужчина.