Защитник Империи

И потряс письмами: — Сколько ты, скотина, таких писулек накатал?!»

Бес ничего не ответил. Только осклабился ехидно и три пальчика на лапке показал.

Я грязно выругался и выскочил из конторки, чтобы начать планомерные поиски третьего письма. Сначала путем опрашивания очевидцев моей беготни по двору таможенного поста, а потом и путем прямых расспросов всех встречных-поперечных.

Но все как один утверждали, что никаких посланий, донесений или просто писем я им не давал и передать никому не поручал. Бес же, гадина такая, ни в какую не сознавался, кому всучил третье письмо.

Все оказалось безрезультатно. То ли кто-то забыл о полученном от меня послании, то ли бес соврал. Но последнее было бы слишком хорошо…

В конце концов, промотавшись до позднего вечера, я просто отчаялся отыскать злосчастную писульку, сочиненную этой мерзкой мохнатой рожей… Глаза б мои ее никогда не видели! Скотина подлая!

Я вернулся в конторку. Уселся на свое рабочее место и вздохнул. Протянув руку, поворошил стопку с чистыми листами, гадая, скольких же не хватает. Да разве же упомнишь точно, сколько их оставалось? Как привезли две недели назад целую пачку в полсотни листов, так я ее и бросил в ящик стола. Доставал понемногу… Демон его знает, сколько израсходовалось за это время…

Взяв чистый лист, я все же попытался произвести необходимые подсчеты. Пишу я в общем-то нечасто… Роальду вот с Вельдом отписался… Это два листа. Ежедневные отчеты в казначейство по листу требуют… Нет, сегодня все четыре выйдет, из-за побрякушек, привезенных Энжель. Вроде бы четыре…

Как-то не отложилось у меня в памяти, сколько листов я исписал при проведении досмотра торгового каравана. Заполнил все точно и как надо, а много ли написал — не помню. Не до того было, чтобы такие мелочи запоминать.

Пожав плечами, я достал из ящика стола приготовленный к утренней отправке в казначейство запечатанный пакет с перечнем товаров, за которые была получена пошлина. Печать сломал, вскрыл. Листы вытряхнул. А с ними и тонкое письмецо выпало… Адресованное грасс-тарху Луарье…

«Ах ты, хитрая морда!» — вознегодовал я, обнаружив сие послание. Сжав кулаки, заскрежетал зубами, со злобой глядя на коварную нечисть, которая додумалась до такой наиподлейшей пакости — сделать так, чтобы я сам отправил свой смертный приговор.

«Ну вот, весь сюрприз испортил! — скорчил разочарованную физиономию бес. Увидев, что меня всего трясет от злости, он миролюбиво заметил: — Да что ты злишься? Я бы обязательно тебя предупредил о грядущих проблемах! — И осклабился: — Завтра, ближе к полудню!»

«Вот спасибо!» — съязвил я и, не сдержавшись, обругал беса. Отведя душу и чуть успокоившись, ознакомился с его писаниной. Ничего нового там не оказалось. Еще одно письмо с моим чистосердечным признанием.