Императрица поневоле (СИ)

Именно в этой постоянной круговерти сменяющихся событий, начинаешь по-другому относиться к редким мгновеньям спокойствия и умиротворения, начиная действительно их ценить.

Озеро оказалось огромным. Неторопливо набегающие волны, шурша, омывали песчаный берег, покачивая белые цветы, раскрывшие свои лепестки на поверхности воды. Захотелось тут же скинуть обувь, чтобы ощутить тёплые песчинки под ногами, что я и сделала, спрыгнув с лошади.

— Какая нетерпеливая, — ехидно улыбнулся Тхар, — может, надумаешь скинуть и всё остальное?

— Это вряд ли, — ответила, привязывая лошадь к ближнему кусту.

— Ну, нет так нет, — фыркнул он, — я не настаиваю.

— М-м, как же я соскучилась по воде, — мурлыкнула Такана, — Лия, привяжи и мою лошадку, пожалуйста, а то у меня терпение на исходе: так хочется окунуться в прохладные воды, нырнуть в их манящую глубину… Ну ка, братец, отвернись, я разденусь.

Тхар, тут же отвернулся, не выказав ни малейшего недовольства. Тана скинула одежду прямо на песок, и её стройное тело стало покрываться чешуйками. Рванув с места, она нырнула в воду, словно рыбка, без лишнего всплеска и брызг.

— Ну, что, готова? — спросил Тхар, не сводя внимательного взгляда с моего лица.

— Смотря к чему, — ответила, совершенно спокойно.

— Принцесса должна быть готова ко всему, — серьёзным тоном ответил водник, — даже к тому, чтобы отдать жизнь за свой народ. Но если честно, ты и Тана словно два сапога пара — совсем не похожи на высокородных леди: ни высокомерия, ни гордыни, ни брезгливости. Вот и сейчас у конюшни помчалась помогать простому конюху. Где твоё самолюбие? Надо уметь держать лицо перед обычными людьми, иначе никто не будет видеть в тебе принцессу и многие решат, что тобою можно понукать, как вот этими лошадками, например. Надо, чтобы твой внутренний стержень, который без сомнения в тебе есть, видели и остальные, чтоб даже мысли ни у кого не возникло, что ты не по праву носишь свой титул. Это был урок первый.

— Занятный урок, — усмехнулась я, — то-то смотрю из тебя так и прёт — и высокомерие, и гордыня, и брезгливость.

— Положение обязывает вести себя подобающим образом, — без тени насмешки ответил парень, — что ж, вижу, ты приняла к сведению, сказанное мною. Надеюсь, когда понадобиться, ты вспомнишь мои дружеские наставления.

— Ты и Тане говоришь то же самое? — спросила я.

— Ей это ни к чему, потому что престол займу я, по старшинству, — ответил Тхар, начиная медленно расстёгивать рубашку, глядя мне прямо в глаза, — а вот ты — другое дело. Насколько мне известно, старших братьев и сестёр у тебя нет, впрочем, как и младших.