Император Пограничья 8

Такая ситуация во время осады могла бы оказаться смертельной.

Об этом рассказывали жители нескольких деревень, которых во время прошлого Гона волна Бездушных миновала и обошла стороной. Все припасы в этих поселениях буквально истлели за несколько дней. В одном случае это случилось почти в самом начале Гона и к исходу все селяне были в состоянии крайнего истощения.

Так что я распорядился дополнительно защитить наши запасы и, как выяснилось, не ошибся.

— Хотя сначала многие не верили, прятали заначки по домам, — усмехнулся Захар. — Теперь вот прибегают — всё пропало, давайте карточки.

Я кивнул. Люди всегда такие — пока своими глазами не увидят, не поверят.

— Возьму-ка обычную порцию, — сказал я. — Хочу попробовать, чем людей кормим.

Захар засуетился вначале, но промолчал. Я подошёл к раздаче, но встать в очередь не получилось, народ расступился пропуская вперед.

Повариха — дородная женщина с красным от жара лицом — наложила мне щей с солониной, гречневой каши, отрезала ломоть хлеба.

Сев за отдельный стол, чтобы не смущать людей, а то ведь язык проглотят от волнения, я взялся за еду.

Щи оказались наваристыми, с хорошим куском мяса. Каша рассыпчатая, хлеб свежий. Просто, но сытно и качественно приготовлено. Поглощая нехитрую снедь, я наблюдал за работой системы — повара накладывают порции, люди получают еду, садятся за столы или уносят с собой в котелках. Всё чётко, без суеты, без давки.

По отмеренным нормам продовольствия в остроге хватало месяца на три, значит уморить нас голодом во время осады не получится. Ещё одна маленькая битва в защите острога выиграна. И случилась она не на стенах, а в погребах и амбарах.

* * *Маша стояла перед матерью, переминаясь с ноги на ногу. Та возилась с младшими — годовалый Петька капризничал, трёхлетняя Аришка требовала заплести косичку.

— На, держи крепко, — мать взяла со стола синюю карточку итри зелёные — Это еда на всю семью, поняла? Потеряешь — останемся голодными.

Маша сжала карточку так, что ногти впились в ладонь.

— Не потеряю, мам!

— То-то же. Ступай, да поторопись.

Девочка вышла из дома, гордо подняв голову. Ей доверили важное дело! Она уже большая, целых восемь лет! Может сама сходить за едой для всей семьи.

Маша шла через площадь, крепко держа карточку в руке. Люди спешили по своим делам — кто на стену, кто в мастерские. Она представляла, как принесёт домой еду, как похвалит её мама, как обрадуются малыши.

Очередь у раздачи была небольшая, человек пятнадцать, не больше. Маша встала в конец, терпеливо ждала. Впереди знакомые лица — тётя Глаша с соседней улицы, дядя Фрол, который иногда угощал её яблоками. Некоторые улыбались девочке, она важно кивала в ответ, она же здесь по важному делу, как взрослая!

Очередь двигалась быстро.