Твое имя

Эрл требовал и ему дать попробовать — он ведь тоже мужчина! Бьярн усмехнулся, но покачал головой. Мара прислушалась к ощущениям: все в порядке, настойка живисила все еще действовала на мальчика.

Мара не хотела садиться рядом с мужчинами. Если бы только один Бьярн был там! Но присутствие троих огромных мужчин, даже четверых — если считать Альфа, ее нервировало. Скучая, она хотела было помочь Тайле с ужином, но поняла, что все еще злится на нее.

Тайла подошла первой. Кажется, она и думать забыла о том, что произошла размолвка. По крайней мере, вела себя так, будто ничего не случилось.

— Я воды нагрела, — сказала она. — Хочешь искупаться перед ужином?

Мара открыла рот, чтобы ответить что-нибудь резкое, но подумала, что худой мир лучше доброй ссоры. К тому же ей ужасно хотелось ополоснуться после долгого дня. Поэтому она кивнула, но потом спохватилась:

— А как же? Твои братья…

— Не двинутся с места. А мы с тобой вон за телегу отойдем. Ты мне польешь, потом я тебе.

Оказывается, Тайла отлично приспособилась к жизни в походах. Теплая вода, кусок душистого мыла — и Мара снова почувствовала себя человеком. Даже голову вымыла. Правда, настроение немного испортило то, что Тайла ойкала и охала, разглядывая ее шрамы — несколько длинных полос на спине, оставленных когтями, и еще не до конца заживший пунцовый след от укуса гомункула.

— Стой здесь! — приказала она вдруг Маре, кутавшейся в полотенце.

Мара ничего не поняла, но послушно осталась стоять. Тайла вернулась через минуту, сжимая в руках платье.

— Давай нарядим тебя? — спросила она чуть смущенно. — Хочешь?

Мара не носила платьев с того самого дня, когда наняла Бьярна. Платье, в котором пришла на экзамен в Академию и позже в трактир, нанимать напарника, она выкинула в тот же вечер. С тех пор надевала только брюки.

Но платье, которое протягивала ей Тайла, на секунду будто вернуло ее к прошлой жизни. Тогда у Мары были длинные волосы и мечты о будущем…

— Хочу, — ответила она быстрее, чем поняла, какое слово сорвалось с языка.

Платье Тайлы оказалось ей велико, но сообразительная купеческая дочь так ловко перехватила его поясом, что стало казаться — так и задумывалось с самого начала.

— Так, с прической не знаю, что и придумать, — протянула она, пожевав губу, но тут же всплеснула руками. — Погоди-ка!

Минуту спустя она набрала полную горсть белых мелких цветов снежника, что росли у канавки, отделяющей Тракт от леса. Мара знала, что отвар из снежника используется как слабое успокоительное средство, но даже представить не могла, что хрупкие соцветия могут так украсить ее коротко остриженные волосы.

Тайла покрутила Мару за руку туда-сюда и удовлетворенно кивнула, довольная результатом.