Твое имя

Мара удивленно вскинула брови, не ожидая такого поэтического сравнения от деревенской девушки.

— А что ты смотришь! Я не такая простачка, как ты считаешь. В прошлом году была в музеуме, в Корни-Кэше. Там на постаментах такие же красавцы стоят.

Мара потрясенно молчала. Сейчас, посмотрев на Бьярна глазами Тайлы, она будто увидела перед собой другого человека. Она смотрела на него каждый день, но замечала, похоже, только бороду, громкий голос и огромные кисти рук.

По ту сторону костра сидел невероятной красоты молодой мужчина.

— Кстати, — продолжила Тайла. — А ты знаешь, что он тебя обманывает?

ГЛАВА 20

Мара закашлялась и с трудом проглотила похлебку, которая отчего-то встала поперек горла. Тайла похлопала ее по спине и дождалась, пока Мара сама спросит:

— Обманывает? Ты о чем?

— Ну… Сложно вот так прямо сказать, но он не тот, за кого себя выдает.

Мара снова взглянула на Бьярна. Зачем ему выдавать себя за кого-то другого? Обычный деревенский парень, который, как многие молодые люди, пошел в наемники: платят неплохо, так что потом, разжившись деньгами, можно и дом построить, и семью завести. Мара ничего этого не произнесла вслух, но Тайла и так поняла, о чем она думает.

— Я спросила, откуда он родом. Он сказал, что из небольшой деревушки на юге, из Болотинки.

— И что же?

— А то. Он специально это сказал: мы-то на севере живем, а значит, никогда в Болотинке не бывали и не можем проверить. Но вот представь, я в детстве совсем неподалеку жила и в Болотинке бывала. Конечно, он знать этого не мог. А у всех жителей там, знаешь, такой интересный выговор, ни с чем не перепутать. Они слова растягивают, словно поют. У Бьярна этого нет.

— Ну и что, ерунда какая, — вспылила Мара.

Бьярн вполне мог придумать эту историю просто потому, что не хотел, чтобы Тайла лезла ему в душу. Как и сама Мара придумала бы, спроси ее кто про детство…

И все же похлебка остывала в чашке, которую она держала в руках, а аппетит, и так никудышный в последнее время, снова пропал. Дело в том, что Мара четко вспомнила один из разговоров с напарником. Осторожный разговор, когда они впервые шли вместе по лесу.

— Я выросла на юге Симарии, — сказала она тогда, чтобы хоть что-то рассказать о себе.

— А я на севере, в маленькой деревне, — сказал Бьярн.

Даже бровью не повел. Кому он правду сказал? Ей или Тайле? Или никому? Мара убеждала себя, что каждый имеет право на свои тайны, что и она сама из одних только недомолвок состоит, но все же осознание того, что Бьярн, казавшийся таким открытым и прямым, что-то скрывает, неприятно кольнуло ее.

— А еще, — продолжала Тайла как ни в чем не бывало, не замечая, как Мара опустила руки и сидит, уставившись в землю, — ты приметила, как он говорит?

— Как же?

— Так деревенские не говорят! Он будто роль выучил и шпарит.