Во имя любви

– Как романтично… – со вздохом заметила Пен.

Однако Кэм, оставив ее слова без внимания, продолжал:

– И мы устроим скромную свадебную церемонию в Фентонуике в соответствии с английскими законами – чтобы подтвердить наш брак. Ты носишь траур по Питеру, поэтому столь скромная и поспешная церемония ни у кого не вызовет вопросов.

– Очень… интересно, – пробормотала Пен. На самом же деле решение и впрямь было блестящим, и если бы Кэм не играл с ее судьбой с такой легкостью, то она непременно поаплодировала бы ему. – А что если найдутся те, кто поставит под сомнение законность заключенного на континенте брака?

Кэмден пожал плечами.

– Большинство поверит в эту историю, особенно – после того, как на свет появится первый ребенок.

Пенелопа вскинула брови.

– И сколько же детей вы планируете завести, ваша светлость?

Губы Кэма дрогнули в усмешке.

– Перспектива отцовства вызывает у меня желание создать целую династию.

– А мне от подобной перспективы делается дурно, – огрызнулась Пен.

Кэм внимательно посмотрел на нее и уже с совершенно серьезным видом сказал:

– Пен, прости. Я знаю, ты хотела совсем не этого. Если бы я не вторгся в твою жизнь, ты до сих пор была бы свободна.

Пенелопа выпрямилась и решительно сказала себе, что семейная жизнь с Кэмом вполне ей по плечу. Да, она выдержит. Многие семейные пары ведут подобный образ жизни. Наверняка, заполучив от нее ребенка, Кэм обратит свое внимание… на что-то другое.

О, проклятье, как же ей не хочется думать об этом! Да-да, он наверняка заведет любовницу, и она, Пен, ничего не сможет с этим поделать! Более того, она будет не вправе требовать от мужа эмоциональной привязанности или верности. Ведь это – брак по расчету. Своего рода деловое соглашение.

О Господи! Если она не прогонит прочь подобные мысли, то начнет скулить точно заблудившийся щенок.

Пенелопа говорила себе, что ей следовало собраться с духом и проявить смелость. И все же, когда она представила, какая безрадостная жизнь ожидала ее в течение многих лет, ей захотелось закричать и заплакать, захотелось заявить, что это нечестно.

– Но не ты же виноват в том, что корабль затонул. И не ты виноват в том, что Питер попросил твоей помощи.

– В твоих словах есть здравый смысл, – кивнул Кэм. – Здравый смысл, – но не более.

Пен попыталась улыбнуться, хотя ей казалось, что на ее лице застыла гримаса ужаса. Она чувствовала себя так, будто входила в длинный утопавший в темноте тоннель.

– Ты выбрал на удивление благоразумную герцогиню, Кэм. И надеюсь, оценишь ее по достоинству.

Глава 15

Лит-Хаус, Лондон, конец марта 1828 года

– Я же умоляла тебя не ходить к моему брату. Почему ты меня не послушал?! – Дрожа от гнева, Софи мерила шагами маленькую китайскую беседку.