Сердце Драокна. Сборник, часть III

Все, что он знал — карта фейри вела сюда и, чтобы пройти дальше и помочь одному умирающему волшебнику, ему требовалось преодолеть очередное испытание.

Духи и их театральщина.

— Перед тем, как мы сойдемся в поединке, славный генерал, не откажешь ли ты старцу в чести?

Хаджар снова поклонился. Искренне и без лести. Он испытывал воистину бескрайнее уважение к этому созданию прошлых эпох. Тот, кто в одиночку создал целый народ, провел их через бури и невзгоды, сохранил среди всех тех опасностей, что таил Безымянный Мир во времена, когда боги ходили среди смертных…

Великий Предок заслуживал все свои почести и даже больше.

— Для меня это честь.

Старик, так и не поднимая век, “смотрел” какое-то время на Хаджара, пока, наконец, не поднялся на ноги и не направился в сторону двух нависших друг над другом сосен.

— Ступай следом и не сходи с тропы, генерал, — проскрипел осколок тени древнего героя. — Пропав в клубке времени ты вряд ли сможешь вернуться обратно.

Глава 1587

Пройдя следом за старцем под кронами скрещенных сосен, Хаджар сперва не понял, что произошло, а затем осознал себя стоящем на узкой тропе. Узкой настолько, что самая искусная прялка не смогла бы справиться со столь эфемерной нитью, на которой сейчас стоял Хаджар.

Испугавшись, что потеряет равновесие, он взмахнул руками.

— Аккуратнее, генерал, — чьи-то сухие, морщинистые руки стали на мгновение его опорой. — прошлое может быть обманчиво чарующим, но помни — что было, то прошло.

Покачав головой, словно стряхивая наваждение, Хаджар выпрямился и огляделся. Нить под его ногами петляла среди серого марева, и всюду, куда бы не падал взгляд, сквозь прорехи мироздания, немного похожие на обломки зеркал, просматривались сцены прошлого.

Его прошлого.

И чужого.

Рука Хаджара едва было не коснулась одной из таких сцен.

Сердце екнуло.

Хаджар потянулся было пальцами к зеркальному осколку, но вовремя вернул контроль над своим телом и сознанием. Что было, то прошло. Старец не солгал.

То, что видел Хаджар — лишь обрывки далекого прошлого, куда он уже не сможет вернуться. Во всяком случае, не так, чтобы что-то там исправить, поменять."

"Постояв немного около обломка зеркала, Хаджар оставил позади картину того, как Элизабет, его матушка, сидя на кровати расчесывала ему волосы и напевала старую, как мир, песню Семи Мгновений до Жизни.

В пути вглубь прошлого Хаджар видел и другие сцены. Как он сражался, как умирал и рождался, как гибли его друзья, как он находил новых товарищей.

Видел он и огни чужого былого. Видел огромного дракона, чьи крылья покрывали оба горизонта. Видел молодого воина, закованного в белую броню, сражавшегося с демонами и богами. Видел его детей, правнуков, видел последнюю вспышку света перед тем, как тьма накрыла взор старца.