Сердце Драокна. Сборник, часть III

Их битва, где мечи сверкали со скоростью крыльев маленькой птицы, постепенно привлекала внимание окружающих и, все чаще, враги, не сговариваясь, замирали, чтобы оценить мастерство фехтующих.

Хаджар сделал резкое движение влево, и когда воин повел в сторону щит, генерал стремительно изменил направление, направив удар в незащищенный бок воина. Но противнику выгнул предпелечье, и меч Хаджара оказался встречен краем щита и отклонен в сторону. Генерал, не сбавляя темпа, крутанулся вокруг своей оси и попытался, на возвратном движении, ударить по верхнему краю щита, в надежде, что лже-бог не успеет укрепить стойку и меч отскочит прямо ему в лицо.

Лже-бог успел.

И, казалось, что рано или поздно генерал ошибется, не сможет правильно рассчитать дистанцию и, ударив о щит, полностью откроется для удара. Но этого так и не происходило. Каждый раз, когда клинок генерала врезался в щит, Хаджар успевал разорваться дистанцию прежде, чем его бы встретил ответный удар. И, что удивительно, все чаще генерал нападал именно со стороны щита."

"Для большинства это выглядело дикостью. Но только не для смертного — щит, во-первых, имеет предел прочности, а во вторых такой, каким орудовал противник генерала, весил куда больше меча. Так что, пусть с ним и бился Практикующий, но непривычный к подобной почве, да и вообще — столь хаотичной массовой сече, тот не берег сил. И уже вскоре движения лже-бога стали чуть медленнее. УСталость предательски проникала в его мышцы и ломила кости.

Увидев свой шанс, Хаджар стал давить лишь сильнее. Каждый его удар удар был похож на падающий молот, вот-вот пробьющий защиту противника. Генерал и лже-бог обменивались ударами, а звуки их столкновений постепенно превращались в мрачный рваный ритм, поразительным образом находящий свое место в оркестре под дирижерством смерти.

И, уже скоро, точно так же, как и один из его предшественников, оступившись на залитой кровью земле, лже-бог покчнулся, и его щит опустился настолько, что Хаджар смог воспользоваться открывшейся брешью.

Со скоростью, на которую, кажется, не был способен даже будучи Тернитом, Хаджар сделал выпад, и его клинок, пройдя в миллиметре над кромкой щита, нашел свою цель.

Меч глубоко вонзился в шею, и из неё хлынула струя темной крови. Глаза воина, распахнувшись от удивления, на миг встретились со взглядом Хаджара и удивление на лице лже-бога сменилось искренним и неподдельным ужасом.

Он упал.

Так же, как и любой смертный.

Рухнул безвольной, искореженной плотью.

Хаджар стоял над поверженным противником, его грудь вздымалась, а с меча капала чужая кровь.

Однако передышка была недолгой.