Пороки и их поклонники

Интеллигентные пенсионеры переглянулись.

Смысл их переглядываний был Архипову предельно ясен. Конечно, ключи у нас, и мы их тебе отдадим. Только почему же она сама не пришла и не забрала? Нет, мы тебе верим и уважаем всей душой, ты у нас в подъезде самый… авторитетный жилец, но все же, все же лучше бы… м-гм… лучше бы она сама, конечно…

Елена Тихоновна выдвинула ящик и зашарила в нем, а Гаврила Романович спросил аккуратно:

– А вы… побеседовали с ней, Владимир Петрович? В смысле… странных людей? Генрих Палыч интересовался, а Бригитта Феликсовна даже к управдому ходила.

– И что управдом?

Елена Тихоновна нашла связку, но Архипову не отдавала, держала перед собой, как приманку.

– Да ничего, как вы и предсказывали. Сказал, что раз общественный порядок не нарушается, значит, и поделать он ничего не может. А вы? Побеседовали?

– Мы побеседовали, – признался Архипов, – вы не волнуйтесь. С квартирой все будет в порядке.

– Откуда вы знаете? Она вам… пообещала?

– Ничего она не обещала. Лизавета Григорьевна оставила свою квартиру мне. А я и сам хором не пою, и другим не позволю.

– Что?!! – вскричали оба пенсионера тем самым хором. – Вам?!

– Мне, – признался Архипов. – Я теперь полновластный хозяин. А ключи… Маше зачем-то понадобились, точно я не знаю. Вы никому их не давали?

– Конечно, нет! – воскликнула Елена Тихоновна и посмотрела на своего Гуню. Вид у нее был растерянный. – Разве можно чужие ключи… давать?!

– И не теряли?

– А почему вы спрашиваете? – поинтересовался Гаврила Романович немного дрожащим голосом. – Вы нас в чем-то подозреваете? Или пропало что-то?

“Хозяйка пропала, – подумал Архипов, – да не одна, а с братом Максом”.

– Не подозреваю, и не пропало, – галантно сказал он вслух. – Просто я воров боюсь.

– Воров? – переспросил Гаврила Романович.

– Ну да. Знаете, везде воруют!

– Воруют… – повторил несчастный пенсионер.

– У нас очень спокойный район и дом приличный, – вступила Елена Тихоновна, как будто не поверила Архипову насчет воров. – Вот только Воронья слободка, а остальные все культурные люди."

"– Мы вчера к ней заходили, – как бы про себя произнес Гаврила Романович и покивал на потолок, чтобы Архипов сразу понял, что заходили к Маше, на шестой этаж, – перед прогулкой. Мы подумали, что напрасно так напали на… бедняжку, – на этом слове Гуня сконфузился, – но она была не одна. С ней был какой-то молодой юноша. Странного, очень странного вида.

– Недокормленного, – подсказал Архипов.

– Да-да! И мы… пригласили ее зайти к нам вечерком, почаевничать и поговорить, но она, знаете ли, отказалась. Сказала, что вы ее везете в какую-то адвокатскую контору по вопросу завещания и она не знает, когда вернется. Мы с Еленой Тихоновной порадовались.