Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Американка? — не смогла она сдержать изумления. И обратилась непосредственно к Лауре: — Где вы познакомились с мадам?

— В Версале и затем в Тюильри. Королева благоволила ко мне… — не вдаваясь в подробности, ответила Лаура.

— Вы жили во Франции?

— Долгие годы.

— Что-то вы слишком молоды, чтобы говорить о долгих годах!

Лауру охватило нетерпение. Как и мадам де Турзель, ее раздражал повелительный тон этой казалось бы симпатичной женщины:

— Возраст здесь ни при чем! Как бы то ни было, у меня есть официальное разрешение видеть принцессу. Собираетесь ли вы мне помешать?

— Боже упаси! Но вот уже несколько дней подряд к нам ходят такие странные личности!

Опасаясь, как бы эти слова всерьез не обидели прибывшую посетительницу, Гомен поспешил уточнить:

— Гражданка Шантерен намекает на гражданку Монкэрзен, которая называет себя Бурбон-Конти и кузиной мадам, но визиты ее мадам не любит…

— Надеюсь, со мной этого не произойдет… И она вошла…

Комната, в которой она оказалась, была средних размеров, но сводчатый потолок показался ей очень высоким. Прямо перед ней был большой камин, но без огня, ведь на улице было еще тепло, его-то Лаура разглядела, а вот все остальное как будто было покрыто туманом, кроме одного — кушетки, на которой сидела Мария-Терезия Шарлотта Французская с книгой в руке. Но она не читала: на ухо ей что-то шептала мадам де Шантерен, и она с удивлением взирала на женщину, пришедшую к ней с розами в руках.

Лаура встретилась с этим исполненным робости взглядом голубых глаз и чуть не потеряла сознание. Забыв о своей роли, она, отбросив букет, присела в глубоком реверансе, за который не смог бы ее упрекнуть даже самый строгий церемониймейстер. И, присев, не поднималась — ждала, когда ей позволят встать.

— Кто знает, возможно, и правда гражданка была при дворе? — заметила Шантерен с кислой усмешкой.

Застыв на мгновение, девушка, не говоря ни слова, мягко отстранила свою «наставницу» и, приблизившись к Лауре, взяла ее дрожащие руки в свои, помогая подняться.