Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Я узнал о его аферах лишь недавно, но он месяцами находился в Париже, и никому до этого не было дела. По неизвестной причине имя его вымарано из списков эмигрантов. Кому он служит, кого защищает? Принцев или главарей Революции? Во времена террора он даже осмеливался совсем близко подбираться к эшафоту, когда зрелище того стоило, еще бы, ведь он обладал чрезмерным самомнением! По его словам, ни риск, ни опасность, исходящие от Революции, его не пугали… совсем как вас!

— Но почему вы мне никогда об этом не говорили?

— Потому что это просто индюк, гениальный враль, и, пока он не подходил к вам близко, нечего было обременять вас дополнительной заботой. До некоторого времени он ограничивался тем, что заводил знакомства по всей Европе…

— Близок к д'Антрэгу, не так ли? Теперь припоминаю…"

"Он вспомнил наконец этого бледного человечка со впалыми щеками. Ах, как блестели его глазки под сенью густых черных бровей! Длинный нос и выдающийся подбородок дополняли неприятное впечатление, производимое его внешностью. Кто-то говорил, что он походил на португальского еврея. Впрочем, он был забавен, довольно остроумен, казалось, что он хотел во что бы то ни стало понравиться абсолютно всем…

— Вот так и становятся двойными агентами! — заметил Черный. — И чрезвычайно опасными, если верить тому, что здесь написано. За внешней вечной улыбочкой скрывается жестокий человек, беспощадный, но в то же время трусоватый. Страшился войны, поэтому вышел в отставку, уволившись из полка Оксерруа, к которому был приписан. Затем явился в Париж и ухитрился расположить к себе бордоского архиепископа, гостящего в аббатстве Сен Жермен де Пре. Даже женился на его приемной дочери, а после того, как она подарила ему двух мальчиков, потерял к ней всякий интерес. Вы в те времена были в Испании и ничего не знали об этих делах, но он постоянно вращался и в финансовых кругах.

— Мы потом встречались среди тех, кто так или иначе был причастен к работе Учредительного собрания. И повторюсь: они с Антрэгом часто виделись. Только вот что мне непонятно: зачем он похитил у меня маленького короля? Чтобы вернуть его Конвенту… но, без сомнения, за немалую сумму? Или для того, чтобы отвезти его к монсеньору? В этом случае у бедного малыша практически нет шансов дожить до старости…

— Ну что мне вам сказать? Слава богу, я его мысли не читаю! Но насколько я знаю его характер, сказал бы, что он продаст наследника тому, кто больше предложит…

Батц призадумался.

— Раз уж вы не знаете ответа, то кто же его может знать?

— Баррас, конечно… и еще этот проныра Фуше[34], который вроде пытается открыть нечто похожее на агентство для сбора сведений. Это его личная инициатива. Что, кстати, свидетельствует о его уме…

— Не только умный, не только.