Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Повозки медленно двигались вперед, и, когда они приблизились настолько, что можно стало различить лица узников, из груди Лауры вырвался крик отчаяния. В первой повозке, на которой были только женщины, она увидела Мари…"

"Все женщины ехали стоя, привязанные к боковой решетке кожаным ремнем, перехватывавшим их руки на уровне локтей. Шесть женщин являли собой образец мужества. Только некая Катрин Венсан, казалось, не понимала, зачем она там оказалась. Напротив Мари стояла маленькая Сесиль Рено, обвиненная в попытке убийства Робеспьера. Она должна была умереть вместе со своим отцом, братом и теткой, старой монахиней, которые были осуждены вместе с ней исключительно из-за семейного родства. Там же были госпожа д'Эпремениль, горничная Мари Николь и любовница Анри Адмираля, покушавшегося на жизнь Колло д'Эрбуа. Но Лаура видела только Мари…

Ее прекрасные каштановые волосы коротко обрезали, и непокорные кудри обрамляли прелестное бледное лицо. Мари стояла очень прямо, глядя в синее летнее небо, и только на ней ужасная красная туника казалась театральным костюмом. Лишь порой по ее щеке стекала слеза. В толпе многие узнавали ее.

— Та самая Гранмезон! — услышала Лаура чьи-то слова. — Такая красивая женщина и прекрасная актриса!

— Она любовница де Баца, человека-невидимки. Мари Гранмезон отказалась вывести преследователей на его след и теперь расплачивалась за это своей жизнью.

В толпе вдруг раздались аплодисменты, но Мари их не услышала.

Лаура хотела пойти рядом с повозкой, но это оказалось невозможным. Люди стояли очень плотно, и надо было ждать, пока проедут все повозки. Лауре пришлось остаться на своем месте, и то, что она увидела, привело ее в полное отчаяние.

Во второй повозке ехали дамы де Сент-Амарант и господин де Сартин вместе с шестнадцатилетним Луи, чей возраст не смягчил сурового Фукье-Тенвиля. Они тоже держались очень мужественно, пример подавала Эмилия. На ее губах играла легкая улыбка, она пыталась утешить мать, которая пребывала в отчаянии от того, что ее сын должен умереть таким молодым. Эмилия была необыкновенно красива. Увидев ее, Эллевью отчаянно вскрикнул и разрыдался.

Но не этот эпилог трагической любви разбил сердце Лауры. В других повозках стояли почти все друзья де Баца и ее друзья, за исключением Питу. Она увидела верного Бире-Тиссо, очаровательного Дево, веселого Русселя, Кортея, банкира с улицы Монблан Жожа, Мишони и принца Сен-Мориса, которых она столько раз встречала в Шаронне. Их лица воскрешали в ее памяти то счастливое время, когда она жила под одной крышей с Мари.