Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Образ несчастной Мари стоял между ними…

На следующий день всех посетителей Лауры Адамс ждало разочарование: никто не мог переступить порог ее дома. Не пустили и Давида, который решил вдруг прийти рисовать Лауру, не предупредив ее о своем намерении. Еще накануне привезли необходимые материалы, и они загромождали теперь гостиную, поэтому художник решил, что молодая женщина должна быть готова к его ежедневным посещениям. Но когда он позвонил в колокольчик, ему открыл Жуан и объявил, что гражданка Адамс больна и никого не принимает. Несмотря на все усилия мэтра проникнуть в дом на правах «старого доброго друга», ему не удалось пройти мимо человека с железным крюком вместо руки.

— Мне это совсем не нравится, — заметил де Бац, наблюдавший за этой сценой из-за шторы окна на втором этаже. — Когда этот негодяй выбирает себе добычу, он ее уже не выпускает…

— Не драматизируйте, — ответила ему Лаура. — Ведь отказался же он от госпожи Шальгрен.

— Не верьте этому. Она не желает больше приезжать в Лувр, но одна знакомая говорила мне, что Давид часто наведывается в Пасси и продолжает досаждать ей своей любовью. И, к несчастью, он опасен.

— Забудьте о нем, друг мой! У вас есть другие заботы, а у меня есть Жуан. Он самый надежный мой страж.

Питу пришел уже в сумерках, и его единственного впустили в дом. Он принес странные новости. Судя по всему, об исчезновении маленького короля не знал никто. В Тампле, куда Питу проник под видом журналиста при помощи щедро раздаваемых ассигнаций, было, как всегда, мрачно и грустно. Симоны уехали, но ничего не изменилось в привычном распорядке дня. Питу удалось выяснить только, что Коммуна затеяла какие-то работы в помещении, где жил маленький Капет.

— Я непременно должен узнать, что там затевается, — сказал Питу барону. — Зачем им понадобилось перестраивать комнату короля?

— Возможно, они хотят уменьшить площадь. Комнаты великоваты для такого маленького узника. Питу, умоляю вас, не пытайтесь пока ничего выяснять! Это слишком опасная тема. Я уверен, что комиссары заметили подмену и пытаются скрыть побег, чтобы избежать гильотины. Приказы исходят от Коммуны, за всем этим стоит Эбер! Когда я вернусь, я обязательно навещу Люлье. Он мне расскажет, как на самом деле обстоят дела.

— Люлье арестован, — негромко сказал Питу и отвернулся. — Его уводили как раз в тот момент, когда я входил в ратушу, чтобы поговорить с ним.

— О! — Бац побледнел. — В чем его обвиняют?

— Во всем и ни в чем. — Питу пожал плечами. — Ах да, вспомнил… Я слышал, что он оказался замешан в «иностранном заговоре».

— Иными словами, это дело рук Шабо. Даже из тюрьмы этот мерзавец продолжает доносить на людей! Он называет все имена, которые только умудряется вспомнить… — Барон повернулся к Лауре.