Игрушка для драконов

На рассвете меня бережно опустили на небольшой холмик, заросший сочной травой, в которой запросто мог спрятаться кролик. Серебряный Дракон резко взмыл в серое хмурое небо. Ветер, поднявшийся от его кожистых крыльев, придавил меня к земле, заставил опуститься на колени и зажмуриться.

Несколько секунд спустя мир снова стал прежним, если не считать того, что он лишился большого серебристого ящера, скрывшегося из поля зрения за плотной пеленой утреннего тумана. В голове было пусто, как и в животе, который недовольно урча, просил пищи. Поднявшись на ноги, я огляделась и в который раз воззвала к голосу Дракона, но господин Шилдс больше не отвечал мне.

Земля была сырой от выпавшей за ночь росы. Туфли я давно потеряла, а платье испачкала, из пожиток, взятых в путь, со мной осталась только шкатулка. Я так крепко прижимала её к груди, что руки свело судорогой. Это было моё единственное сокровище, которое я взяла с собой в новую жизнь. Осталось только узнать, какой она будет.

Пригладив растрепавшиеся пряди волос, я как могла привела себя в порядок и отправилась к замку, острый шпиль которого виднелся вдалеке. Идя по васильковому лугу, усыпанному мелкими махровыми цветами, я вспоминала о родителях. Маме, как Магу-флористу понравилось бы это место: васильки при правильном обращении могли уберечь от самого сильного яда. В растерянности я принялась срывать «слёзы Хирона», как называла их мама, чтоб дать себе время на раздумье о том, что же делать дальше.

Раз меня так спешно вывезли из дома мужа, значит, я представляла некую ценность. Но зачем дознаватель, лично сопровождавший меня всю дорогу, теперь бросил одну. Без денег, друзей и за пару киломиль от ближайшего жилья.

— Пойдёмте, госпожа, — окликнул меня встревоженный женский голос. Я вздрогнула и обернулась на звук, казавшийся в окружающей тишине, прерываемой только пением просыпающихся птиц, чем-то инородным.

Передо мной стояла женщина средних лет, одетая в чистое, но скромное, даже невзрачное, платье, доходившее до колен. Определённо не красавица, но и без заметных изъянов во внешности. Пшеничные волосы незнакомки были забраны наверх, и в самой посадке головы и жестах скрывалось то сдержанно достоинство, которое поволяло признать в женщине аристократическую кровь. Возможно, ты была из обедневшего рода, не способного дать будущее младшим дочерям, отчего бесприданницы вынуждены идти в услужение к более состоятельным господам. Иногда, если девушка имела миловидную внешность, ей могло повезти стать женой местного дворянина захудалой фамилии. Но чаще всего их судьба была незавидна: роль любовницы, а потом и экономки.

Тем временем женщина, видя моё замешательство, поклонилась и повторила:

— Пойдёмте, госпожа. Вы так простудитесь.