Пешка в большой игре

Именно он снабдил своего агента бомбой с часовым механизмом и послал ликвидировать русских шпионов, против которых не было достаточных для предания суду доказательств. Несчастный случай наилучшим образом разрешал проблему…

Расписавшись за кассету с плёнкой, Васильев спрятал её в нагрудный карман.

— Одного не пойму: зачем всё? — спросил старший десятки «альфовцев». — Такие расходы из-за десятиминутного кино… Карпенко приказал, если надо, умереть за эту плёнку… Почему?!

Васильев пожал плечами.

— Я тоже не пойму: почему у вас Карпенко командует? Он же давно отстранён!

— А, ладно! Что будем с машинами делать?

Нейтральные темы больше устраивали обоих.

— Давай «шмеля» попробуем. Это лучше пластика.

«Додж», с переведённой в транспортное положение буровой установкой, отогнали на пятьсот метров под крутой бархан. Богосов принёс тело и голову королевской змеи, бросил на переднее сиденье, потом отвинтил калифорнийские номера, положил их на термитную шашку и поджёг шнур. В брызжущем искрами белом пламени искусно выполненные в секретной лаборатории одиннадцатого отдела дубликаты мгновенно превратились в капли расплавленного металла, не поддающиеся никакой идентификации. Два помощника специалиста по инсценировкам снесли в «Додж» всё, что помогало воспроизводить в Каракумах пустыню Мохаве.

Тем временем Васильев вынес из оборудованного в одной из палаток оружейного склада короткую толстую, с двумя пистолетными ручками трубу «шмеля» и стодвадцатисантиметровый цилиндр плазменного «выстрела».

Свободные от караула бойцы оживились.

«Альфовцы» видели плазменный огнемёт в работе, сотрудники одиннадцатого отдела, кроме Васильева, только слышали о нём.

Застоявшиеся без дела мужики спорили, как дети.

Наконец вопрос был улажен. Один из прапорщиков стал на колено, водрузил на плечо заряженный «шмель» и припал к оптическому прицелу…

Раздался грохот, реактивная струя вырвала картонную заглушку в задней части цилиндра, а из трубы «шмеля» вылетел огненный шар, больше всего напоминающий шаровую молнию. С небольшим превышением траектории шар понёсся к цели, потом снизился и угодил прямо в середину неправильно покрашенной левой передней двери.

Наблюдавший в бинокль Васильев видел, что дверь исчезла, пламя растеклось по кабине и, увеличиваясь в объёме, выплеснулось наружу. Для остальных «Додж» просто взорвался, скрывшись в бешеных клубах огня и густого чёрного дыма.

— Здорово. — Стрелявший прапорщик, улыбаясь, отсоединил от «шмеля» пустой цилиндр. — Теперь ещё раз, в буровую…

— Хватит! — отрезал Васильев. — Осталось всего шесть зарядов. Что уцелело — уничтожить пластиком и термитными шашками. И гильзу — в огонь!

— Зачем нам эти заряды? — недовольно пробурчал прапорщик.