Развод. Игра на выживание (СИ)

Если бы я тогда только мог представить, что спустя двенадцать лет буду иметь возможность стоять с тобой вот так – с ума бы сошёл.

Богдан поближе придвигается сзади, стискивает ладони на моей талии и продолжает:

– Кто это? - спросил тогда у парней. «Ты что не знаешь Шацкую?», - ответили мне. «Даже не смотри в её сторону». Почему? - удивился. Девчонка красивая. Первым делом, подумал, что ты занята. Встречаешься с кем-нибудь из старших классов. Но потом разнюхал, что нет. Яна Шацкая – девчонка другого уровня. Папа бизнесмен. В школу приезжает с водителем, на обеды в столовку не ходит, от парней и вовсе нос воротит.

Морщусь от такой глупости. В столовую я не ходила, потому что их котлеты вызывали у меня рвотный рефлекс.

– Почти полгода просто наблюдал за тобой. Как сталкер ходил из угла в угол. Я узнал, что реально у тебя есть водитель, ты любишь короткие юбки и смешно морщишь нос, когда проходишь мимо школьной столовки. Твои подружки – Вера и Света – практически единственные, кто с тобой из класса общаются. А ещё, главное, ты обожаешь долго сидеть у окна за колонной, на третьем этаже, будто бы намеренно, потому что не хочешь ехать домой.

Незаметно киваю и как заворожённая осматриваю наше отражение в стекле.

Почему он никогда не говорил, что знает об этом?

– Перед выпускным решил – если сейчас не подойду, то потом уже и не выйдет. Я ведь знал, что после школы мне светит только армия. Долго набирался храбрости, придумывал повод, сочинял, что скажу, когда ты меня отошьёшь. Почему-то был уверен, это непременно случится. Подошёл, познакомился. Ты улыбнулась и игриво прошептала подружкам что-то. А я как идиот забыл всё, о чём сам с собой договаривался. Сейчас сложно, а тогда вообще мысли в слова не складывались.

Богдан чуть отстраняется и упирается лбом в моё плечо, при этом не переставая обнимать. Тяжело вздыхает."

"– Ушёл в армию, там каждый день думал о тебе. Каждый. Божий. День. Боялся, что ты повстречаешь какого-нибудь мажора. Или папа постарается. Как идиот радовался, когда Роб присылал мне твои фотографии, сделанные у школы или там же на третьем этаже, где ты одиноко высиживала часы, чтобы не возвращаться домой. Так тебе туда не хотелось.

Тихо смеюсь, опуская голову.

– Отслужив, вернулся и два дня перетирал сам с собой. Что делать? Чем заниматься? Куда бежать? Как, блять, вообще быть? А потом плюнул на всё, потому что понял, всё это второстепенно и если ты согласишься пойти за мной, то всё прочее само собой определится. Купил розы и заявился. И тут снова фантастика. Ты не выставила за дверь. Согласилась встречаться, а через полгода вопреки родительскому запрету, вышла за меня. Правда, всё это время давило ощущение, что я стал чем-то вроде того школьного окна за колонной.