Идеальные разведенные

 — Как прошел перелет?

— Не торопись! — Егор открывает заднюю дверь машины, и его верхняя часть тела ненадолго скрывается в салоне, извлекая оттуда два фирменных пакета. — Извини, сегодня без цветов, — парень протягивает мне оба пакета, а мои глаза широко распахиваются, когда я узнаю названия известных брендов.

— Боже, это мне? — я не верю собственным глазам, но, не задумываясь, прижимаю презентованное к груди и заглядываю внутрь.

Я искренне не понимаю тех женщин, которые стесняются принимать подарки. Зачем разыгрывать никому ненужную драму и заставлять дарящего умолять тебя принять презент?

«Ну что вы, не стоило тратиться», «Это же дорого!», «Мне так неловко и не удобно» … бла-бла-бла…

Неудобно — это когда человек потратил на поиски подарка свое личное время и средства, старался удивить и обрадовать, надеясь взамен получить благодарность и положительную эмоцию, а не отказ в стиле «Я не возьму, это дорого». Вот это неудобно!

Егор утвердительно кивает, а я готова по-детски визжать и прыгать от радости. Но я благодарно улыбаюсь, пытаясь обуздать обуревающие меня эмоции.

— Спасибо, Егор! Это так приятно и неожиданно. Ты умеешь удивлять!

— Я рад, что тебе понравилось! — он смотрит на меня с теплотой и благоговением. Ну как можно отказаться принять подарок от человека, который вот так на тебя смотрит и, кажется, сам получает удовольствие от процесса дарения? — Ну что, поехали? — Егор открывает для меня переднюю дверь и помогает взобраться в салон. Его машина гигантская, будто дом на колесах. Но Егору безусловно подходит с его внушительным ростом и статусным положением в обществе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мое настроение растет с геометрической прогрессией, усталость сменяется волнующим предвкушением, а мысли об одном лживом козле вытесняются удивительными рассказами Егора о жизни в Англии.

Я не находил себе места: ни на работе, ни дома. Все мои попытки связаться с Агатой катились в тартарары: она внесла мой номер в черный список, а в соцсетях заблокировала. Я раздражался, посылая ее ко всем чертям, но тут же обрывал телефон в надежде, что меня разблокировали. Мое настроение в течение дня менялось со скоростью света, как у подростка в пубертатном периоде: от «пошли все на хрен» до «обнимемся?». Я не понимал, что со мной происходит, но отчетливо осознавал, что нам катастрофически важно поговорить.

«Дружеский перепих» — так я назвал то невероятное, что случилось с нами. Я до сих пор не могу спокойно смотреть на тот ковер, где произошел тот самый «дружеский перепих». А потом еще два раза на диване.