Яфет

Аль ты уже не только нем, но и слеп?

Старик вперил в него ненавидящий взгляд, посмотрел ледяным взором на Яфета. На Ратибора глянул уже теплее.

Встав, ведун и не подумал отвесить поклон. Сделав несколько жестов пальцами, он кивнул мальчику.

– Дедушка видит, что перед ним тцар, – перевел тот, – он приглашает тебя, Яфет, отведать супа.

Яфет покачал головой.

– Среди нас есть предатель, который травит наших людей как раз тогда, когда грядет битва. Человек, который бьет в спину своих же, будет сурово наказан. Если у Жермака есть, что об этом сказать, я выслушаю.

Старик посмотрел на мальчика, что-то показал знаками.

– Почему ты пришел к нам, тцар? – передал его слова Мешир. – Если подозреваешь меня, говори прямо, без обиняков.

Старик вновь сделал несколько жестов. Мальчик посмотрел на тцара, затем снова на Жермака, а потом заговорил:

– Дедушка передает, что тцар, отдавший свою светлую жену в жертву, эту битву все равно выиграть не сможет. Боги Вавилона не любят тех, кто предает тех, кто им доверился и отдал свое сердце. А тех, кто отдает жену в жертву, чтобы задобрить новых богов, в итоге ждет та же скорбная участь.

Яфет посмотрел на старика внимательно. Тот рассматривает тцара пронзительными серыми глазами, где уже начала появляться пленка слепоты. Он вновь принялся передавать что-то отроку жестами.

– Дедушка говорит, что на тебе лежит проклятие, тцар Яфет. Ты взял в кургане меч, что несет в себе зло и омыт кровью невинных. А за то, что отдал Златокору местным темным богам, светлые боги Вавилона тебя прокляли. Тебя ждет страшная смерть, когда ты больше всего будешь жаждать ходить по этой земле, дышать этим воздухом и когда в твоем сердце вновь вспыхнет любовь к женщине.

При этих словах Яфет дернулся как от пощечины, потемнел лицом, словно ему насыпали соль в застарелую рану. Жермак одарил его взглядом, исполненным презрения и ненависти.

– Прошу тебя, Яфет, – выпалил Ратибор, выйдя вперед. – Этот старик невиновен! Я уверен, твои подозрения беспочвенны!

Жермак глянул на Ратибора, и взгляд его потеплел. Он сделал несколько жестов пальцами, и мальчик снова заговорил, уже обращаясь к военачальнику.

– Быть тебе великим правителем, Ратибор, – сказал он, – твое будущее светло и чисто. Грядущее же Яфета темно, неясно и очень скоро жизнь его оборвется, если он прольет кровь хоть кого-нибудь из тех, кто пошел за ним сюда из солнечного Вавилона.

– Довольно! – вскинул руку тцар. К щекам прилила кровь, он покраснел от злости. Взгляд сделался жесткм.

Вытащив из ножен Меч, решительно приблизился к старику. Ратибор наблюдал угрюмо, сам не заметил, как ладонь опустилась к поясу, пальцы стиснули рукоять меча.

Громострел увидел, на всякий случай встал ближе к Яфету. Кивнул Шатуру и Малаганту.