Ядожал

Парень неуверенно кивнул, принимая мои слова, но не соглашаясь с ними, а после резко поменялся в лице, словно вспомнил нечто крайне неприятное. Его руки сжали меня крепче, и он хмуро выдохнул:

– Зачем ты его поцеловала?!

– Кого поцеловала? – Я так растерялась, что даже не поняла, о чем он толкует.

– Того чудака с факультета звездокрылов, – пояснил Кристен.

– Глена? – Наконец вспомнила свой неосмотрительный «чмок» в столовой. – Он очень помог мне.

– А я, значит, не сделал ничего существенного? – проворчал парень. И там столько обиды прозвучало, что я не выдержала и лукаво улыбнулась.

– Кристен Арктанхау, только не говори, что звезда факультета ядожалов, первый наездник, получивший печать, и просто красавчик всей академии ревнует меня к Глену.

Лицо Кристена приобрело хитрое выражение, а уголки губ едва заметно дернулись.

– Я скажу, что… как ты меня назвала?

– Звезда, первый наездник и просто красавчик, – послушно перечислила я.

– Звучит превосходно. – Вот теперь на его губах заиграла довольная улыбка. – Так вот, я бы тоже не отказался от поцелуя. Скажу больше: заслужил его. Что думаешь?

Я думала, что мне удивительным образом повезло с Кристеном. Такого парня днем с огнем не найдешь. Смущенно потупилась и очень быстро, пока не передумала, приподнялась и осторожно коснулась приоткрытыми губами щеки Кристена. Он рвано, с каким-то трудом втянул воздух, поймал мою руку и ласково прошептал:

Меня снова притянули к мощной груди, но я высвободилась и скользнула к своей двери.

– Ты можешь кое-что сделать для меня, Кристен?

– Все что угодно, – с готовностью отозвался тот.

– Расскажешь мне о традициях севера?

Я подняла руку и провела боевой манжетой возле замка. Дверь со щелчком открылась, приглашая нас внутрь.

Кристен долго смотрел на открытую дверь. Смотрел с таким недоверием во взгляде, что я даже засомневалась в правильности собственного решения.

– Ваши боги ведь не будут против, если ты войдешь в комнату девушки? – испугалась я.

Кристен отмер, встряхнулся, сделал решительный шаг, заставив меня попятиться. Вошел и закрыл дверь, отрезая окружающий мир от нас. А потом обхватил руками мою талию и притянул к себе.

– Думаю, что мои боги будут главным образом против того, чтобы я страдал и портил себе жизнь.

Я прижалась к нему и подумала, что с такими богами способна примириться.

Вечер мы провели вместе. Правда, сперва я сбегала в душ и переоделась в пижаму. Кристен, как истинный мужчина, занялся добычей ужина. Бутерброды в его исполнении показались мне кулинарным шедевром.

Мы залезли на кровать. Кристен сел и привалился спиной к стене, а я положила подушку ему на колени и легла.

– Странно, – сказал он, проводя кончиками пальцев по моей ладони.

– М? – удивленно приподняла я голову.