Я тебя куплю

Даже как-то самому приятно становится, что могу не только вызывать у нее слезы.

Но чем ближе мы к вилле, тем дурнее настроение. Въезжая во двор, и вовсе чувствую подкатывающуюся тошноту. Глеб с залепленным пластырем носом отвлекается от разговора с Азизом, увидев нас.

— Что с его фейсом? — фыркаю, вылезая из машины.

— Твой брат раскрасил. Он приставал ко мне…

— Чего?! — рычу. — Ты почему сразу не сказала?!

Хлопнув дверью, сжимаю кулаки. Двор вмиг размывается, превращаясь в давящий сгусток — фон, на котором я вижу только медсестричку и это человекоподобное существо. Башку бы ему оторвать.

— Не надо, — будто поняв, о чем я думаю, просит она. — Клянусь, в следующий раз не остановлю тебя, а сейчас не надо. — Она берет меня за раненую руку. — Он этого не стоит. — Счастливо улыбаясь, ведет меня к дому, проходя мимо Глеба с высоко поднятой головой. — Спасибо, любовь моя. Это был незабываемый день.

Ублюдок сереет на глазах, видя, как она жмется ко мне и воркует. Но едва мы входим в холл, как ее пальцы расслабляются.

Нет, детка, я тебя точно не отпущу. Сжимаю ее руку, пугая ее, но не в силах совладать с собой.

— Адель сказала ему, что мы пара, — шепотом докладывает она. — Придется поиграть при нем.

Неужели для меня это уже больше, чем игра? Почему меня так разрушительно тянет к ней? Наступаю, заставив ее моргать и пятиться. Она спиной упирается в зеркальную стену и вздрагивает, трепещуще глядя на меня снизу-вверх. Как загнанный в угол мышонок, над которым вырастает голодный хищный кот.

Разве ты еще не поняла, что я не могу обидеть тебя? Да я тебе единственной позвонил, когда об отце узнал! Не брату, не дяде Наилю. Тебе! Потому что знал, что не бросишь, поможешь и дерьма не посоветуешь. Брат бы потащил меня в клуб. Мы бы нажрались, сняли бы телок, а с похмелья я начал бы искать отца. Столько бы поганых рож пришлось увидеть, стольким руку пожать. Ты даже не представляешь, какие гады в сливках наших кругов. А ты отвлекла меня обычными вещами, заставила смеяться. Как я могу причинить тебе боль после такого?

Медленно забираю у нее зонт, отставляю в сторону и запускаю пальцы в ее волосы. Пробираюсь от шеи к затылку, вынуждая ее тихонько дрожать и сбивчиво дышать. Смотрю на ее разомкнувшиеся алые губы — такие манящие, что жажду впиться в них навечно.

— Камиль! — раздается мерзкий голос Адель.

Оборачиваюсь через плечо. Она стоит посреди холла в компании брата, двух полицейских и следователя с бумагой в руках. Ну вот и началось. А я уже заждался.

— Асманов Камиль Захирович? У нас ордер на ваш арест. Вы подозреваетесь в убийстве Ермаковой Риммы Евгеньевны, найденной убитой сегодня днем в собственной квартире.

Рука Камиля соскальзывает по моему плечу. Жар, крадущийся по моему телу, остывает.