Я тебя куплю

 — Она окотилась там, где ей комфортно.

— Тебе надо смотаться в зоомагазин. Купи хороший корм для мамочки, а не ту дрянь, которой ты ее кормишь, и корзинку или домик. Желательно попросторней, чтобы туда вошло одеяло.

— Ты задумала что-то коварное, да?

Медсестричка заразительно смеется, заставив меня улыбнуться.

— Об одеяле забудь. Где бы оно ни лежало, Маркиза постоянно будет перетаскивать котят на него.

— Я безмерно этому рад, — бурчу, разворачиваясь к двери. — А котятам что-то надо? Я видел, что для них какой-то особый корм…

— Еще рано, Камиль. Они слишком маленькие. Еще долго молоко сосать будут.

Знал бы, какие изменения в мой комфорт внесет драная бездомная кошка, ни за что не стал бы подбирать ее. Еще и медсестричка. Раскомандовалась! Хорошо, что зоомагазин в соседнем квартале. Ехать никуда не надо, но чувствую себя каким-то задротом, когда мямлю, что мне нужно. От напряжения башка начинает трещать, особенно при выборе корма и домика. Твою мать, меня никто не предупреждал, что у них такой ассортимент!

И вот я, самый таинственный жилец дома, на глазах соседей несу домой огромный мягкий кошачий домик, мешок корма и пачку разрекламированных продавщицей одноразовых пеленок с антиаллергенным покрытием.

Но и на этом мой кошмар не заканчивается, потому что медсестричка требует помощи при пересаживании Маркизы и ее потомства в этот проклятый домик. Потом я отдраиваю ее чашки и заполняю их новым кормом и чистой водой.

— Еще нужен ветеринар, — вдруг добавляет медсестричка, когда я наконец облегченно выдыхаю. — Котят надо осмотреть и привить.

— Ты прикалываешься? — Развожу я руками.

— Это не сейчас, — смеется она. — Когда чуть подрастут. Ну и, — она обводит мою убогую кватирку взглядом, — не хочу тебя обижать, но…

— Понял. Завтра позвоню в клининговую компанию. Надеюсь, все?

— Все, — кивает она.

— Тогда нам пора собираться на ужин к Адель.

Улыбка сходит с ее лица. Будь ее воля — она никуда бы отсюда не выходила. Сидела бы на коленях перед домиком и охала, как ласково мурчат пушистые ангелочки, уткнувшись в мамку.

Пока я бреюсь и пялюсь в ненавистную рубашку и брюки, медсестричка превращается в настоящую львицу. Вечернее платье идеально сидит на ее стройной фигуре, мягкие волосы красиво лежат на тонких плечах, сверкающие украшения придают образу особенного лоска. И только в глазах клубится печаль.

Она смотрит на меня с безмолвной мольбой хоть что-то сказать в поддержку, а я теряю дар речи, разглядывая ее и понимая, что запускаю обратный отсчет для Адель и ее муженька. Эта девочка еще покажет себя. Покажет так, что они умоются слезами.

— Ты… — заговариваю я охрипшим голосом.