Я тебя куплю

Та падает у моих ног, а ее метательница в кулаки сгребает простыню и просто орет. Не спешу с выводами, но ей не мешает обратиться к психотерапевту.

— Ты из комнаты не высовывайся, — спокойно говорит ей Камиль. — Вдруг под горячую руку моей девочки попадешь. Это я вовремя остановиться могу, а она у меня совсем неуправляемая. — Не выпуская меня из объятий, он выходит в коридор и закрывает дверь, заглушая вой Адель. — Слышишь? — спрашивает у меня.

— Так звучит поражение.

— Если честно, мне ее жаль, Камиль. Она никому не нужна.

— Это же отлично, потому что от нее лучше держаться подальше.

Увы, я не могу улыбнуться. Печально, когда ты одинок в целом мире. Я могла бы поговорить с мамой, чтобы она поработала с Адель. Она у меня психолог не только по специальности, но и по призванию. Немало пациентов из глубокой депрессии вытащила. Вот только огрубела я. Не смею выносить кому-то приговор, но и переживать за всех подряд больше не могу. Прозрела.

— Поехали домой, — предлагает Камиль, горячим дыханием лаская мое ухо.

— Ты же хотел пообедать.

— Вот дома и поедим. Закажем обед у дяди Наиля. Праздничный.

— Почему праздничный? — не понимаю я.

— День твоего боевого крещения. Пусть станет нашим первым семейным праздником.

— По сути — семья. — Его губы касаются моего виска. — Созвонись с мамой, поезжайте завтра за платьем. Азиза к вам приставлю. Только пообещай, что будешь начеку.

Я молча соглашаюсь, подтягиваюсь на носках и позволяю Камилю поцеловать меня в губы.

— От вас глаз не отвести, — язвит возвратившийся в дом Чеховской. — Следак контролирует каждый наш шаг, Шаман в ярости, что до сих пор не получил башку Фазы, Глеб где-то в бегах, отец, в конце концов, смертельно болен, а вы сосетесь. Чудно!

— Мы уже уходим, — отвечает ему Камиль.

Тот скрещивает руки на груди и, нахмурившись, приподнимает подбородок:

— Куда? Здесь сейчас безопаснее всего.

— Твоя служба охраны меня не впечатляет.

— Между прочим, твой Азиз ею руководит.

— Руководит теми отбросами, которых ты ему всучиваешь, — зло цедит Камиль. — Ты же никогда не прислушиваешься к нему. Берешь кого попало в компанию, а потом ищешь виноватых. Сколько дерьма нам только один Череп наложил за свой недолгий срок службы! А кому расхлебывать? Правильно! Азизу! Думаешь, чтобы возродить наше былое величие, достаточно сменить Адель на посту? Нет, брат, много всего сделать придется. А пока рано говорить о безопасности. Идем, — кивает он мне, обнимая меня за талию. — Нам здесь нечего делать.

Да уж, тяжелый денек выдался! Не представляю, что еще должно случиться, чтобы сильнее встряхнуть меня. И так от пережитого по телу кривыми дорожками ток пробегает.