Я тебя куплю

Их там ждут. А вы, Анастасия, берегите себя. И бегите от своего друга как можно дальше.

Бежать? Да я душой продалась ему! За дешевую месть, но навечно. Я побегу. Но побегу туда, куда и он. Каждый его след отыщу в темноте, но не отстану. Потому что он не бросил меня, даже оказавшись в аду!

Меня первой выводят из здания и садят в фургон. Камиля приводят чуть позже в наручниках и с мешком на голове.

— Что за детский сад! — Я снимаю этот мешок, едва машина трогается.

— Они не разрешили мне забрать твой кардиган, — выговаривает он, слабо улыбнувшись.

— Он хорошо сидел на тебе. И цвет приятный.

— Коричневый? — хмыкаю я.

— Теплый коричневый… Как молочный шоколад…

Я прикладываю ладонь к его лбу. Он весь горит. Вот и бредит тут. Молочным шоколадом.

Будь проклят этот следователь за то, что сделал с ним!

Пересаживаюсь к Камилю и, притянув его к себе, обнимаю за плечи.

— Скоро все кончится, — успокаиваю не столько его, сколько себя. — Тебя подлечат, а потом я поставлю на ноги.

— Черт, — шепчет он, засыпая, — ты такая приставучая… Как пиявка…

— Жалеешь, что купил меня? — улыбаюсь я, поглаживая его.

— Если только совсем чуть-чуть.

— Ну мы с тобой еще обсудим это.

Я отстаю от него со своими разговорами. И он быстро засыпает на моем плече. Похоже, это моя судьба — ухаживать за ним.

Глажу его, а саму душат слезы. Неужели следователь говорит правду? Это Камиль убил Римму? Кому верить, когда и полиция, и бандиты ведут себя хуже диких зверей? Кругом обман! Остается полагаться на интуицию, а она подсказывает мне, что Камиль не виноват.

Когда машина останавливается, мне приходится разбудить Камиля. Конвоиры помогают ему выйти из фургона. На улице неприветливо холодно. Поздний вечер пахнет снегом, предвещая скорую зиму.

Я ежусь, заметив незнакомую девушку у подержанного авто на парковке. Призывно махнув мне, она идет навстречу. В строгом пальто и платке, цокает каблуками сапог и крепко держит кейс.

— Ася? — спрашивает она. — Меня зовут София. Я от Андрея.

Блин, Варька, спасибо тебе огромное, подруга!

— Да, это я! — Я с благодарностью пожимаю ей руку, пока Камиля пересаживают в карету «скорой».

Она сдержанно улыбается, глядя на меня с сочувствием.

— Скажу вам честно, Ася, я не взялась бы за это дело, если бы не настоятельная просьба Андрея. Я изучила досье подозреваемого, и у меня волосы зашевелились. Уж не знаю, почему вы так боретесь за его свободу, когда его место на электрическом стуле, не стану лезть с расспросами. Скажу лишь, что на этом моя работа закончена. Для защиты ищите другого адвоката, мне совесть не позволит выгораживать преступника.

— Это какая-то ошибка. Камиль не убивал Римму.

— Вы правда в это верите? Тогда мне вас жаль. Удачи, Ася. — Она кивает мне и, развернувшись, идет к своей машине.