Небо и земля. Том 2

- Скажи ему, что видела пришлых людей в нашем районе, когда торопилась на работу. И выглядели они подозрительно и недобро, - посоветовала Эммалиэ. - И что вечерами тебе неспокойно. Чудится разное. Постарайся быть убедительной, упирай на свою интуицию, и он поверит.

Веч поверит, и район наводнят даганские патрули, которые станут проверять и досматривать каждого. Или, чего доброго, военные устроят тотальную облаву, как случилось однажды.

Что делать, что делать? - размышляла Айями, грызя ноготь.

Наверное, пробормотала вслух, потому что Эммалиэ ответила, процитировав пословицу:

- Не делай людям добра - не получишь и зла. Ты стараешься, помогаешь людям, а что получаешь в ответ? Осуждение, оскорбления, ненависть. Надеюсь, теперь ты поняла, почему я не открывала дверь тем, кто приходил к нам домой с просьбами о помощи?"

"Айями кивнула и вдруг вспомнила об Оламирь. Теперь-то стала понятна настороженность Оламки, не сразу пустившей к себе на порог. Потому что за дверью мог находиться кто угодно, и одинокая женщина не смогла бы отбиться в случае нападения. Стала понятна циничность, с которой Оламирь требовала с людей плату за свою помощь. Она знала, что человеческая благодарность длится меньше минуты. Стало понятно, почему Оламирь предпочитала пешим прогулкам поездки на даганском автомобиле. Потому что, в лучшем случае, её могли облить помоями из окна, а в худшем - плеснули бы, к примеру, чем-нибудь более едким, не говоря о том, чтобы столкнуть в прорубь. И не из-за личной неприязни, а принципиально. Какие эпитеты можно подобрать к женщине, которая спит с врагом, продавшись за жратву и прочие радости жизни? К женщине, которая предала свою страну, свой народ, своих мужчин. Ведь и Айями в свое время осудила Оламку, узнав, что та гуляет с даганнами. Посматривала на неё косо и обходила стороной. А теперь, как и Оламирь, опасается соотечественников. И за себя боится, и за семью.

Вспомнились и слова Мариаль о том, что свои же не дадут житья, когда чужаки-победители покинут амидарейскую землю. ""Что ж, упредим неизбежное и уедем из города раньше, чем стает снег. Например, на север страны. И заживем с чистого листа"" - утвердилась в своем решении Айями.

Ночь прошла беспокойно. Айями, просыпалась, вздрагивая от малейшего шороха. То Кнопка зашуршит в темноте, то диван скрипнет, то рассохшаяся половица. Чудились голоса и шаги в подъезде и этажом выше, в нежилой квартире. А Эммалиэ так и уснула со стилетом под подушкой и даже во сне не выпустила оружие из руки.

Утром Айями кое-как разлепила веки. Пробудилась с темными кругами под глазами и твердым намерением: невозможно жить в каждодневном страхе. От паранойи недолго свихнуться. И семью, к тому же, нужно обезопасить.