И с привкусом соли на губах

А я разве в плену нахожусь? Мне каждый свой шаг нужно с тобой согласовывать? У меня не может быть своей личной жизни? Встреч? Общения?

— Не говори глупостей, Лиана! — сбавляет обороты Полянский. — Ни о каком заточении речи не идет. Я, как твой… твой…

— Мой кто? Кто ты мне, Артем?"

"— Первое и главное — я отец твоего ребенка.

— И по этому я должна тебе отчитываться о каждом своем шаге?!

— Нет, Лиан. Я просто не хочу, чтобы ты попала в беду!

Нет, нужно определенно сейчас выяснить наши отношения. Время идет, мы живем с ним под одной крышей несколько недель, а я до сих пор не определила ни для себя ни для него, в каком статусе нахожусь сейчас рядом с ним.

— А я, Артем, хочу чтобы ты мне доверял!

Вероника очень удачно убегает упаковывать печенье в свой рюкзачок, а мы со Зверем остаемся на кухне наедине.

— Ты правда хочешь, чтобы я тебе доверял? — он осторожно кладет ладони на мои плечи и начинает разминать их.

— Я не животное, пойми! Не собака и не кошка, которую хозяин не выпускает на волю, устроив комфортабельные условия в квартире. И я не твоя личная постельная игрушка!

— Нет, Лиана, я так и не думал!

— Я выйду в обед по своим делам. И не хочу, чтобы ты или кто-то из твоих людей следили за мной!

Руки Артема осторожно обхватывают мой подбородок, его лицо приближается к моему.

— Ладно. — говорит он, щекоча дыханием мои губы.

— Что ладно?

— Ты пойдешь на свою встречу и никто не будет следить за тобой.

Смотрим друг на друга. Пауза затягивается. Я не верю ему.

— Если я замечу слежку, то перестану доверять тебе окончательно.

— Не заметишь.

Зверь целует меня. По-утреннему нежно и осторожно.

— Только трубку бери, если я позвоню. И сама звони, если тебе понадобиться помощь.

* * *— Я отказываюсь это делать. — обедаем с Македовым в том же ресторане, что и вчера.

— Но почему?!

— Я поговорила с ним. И верю ему. Не хочу лишать свою дочь отца. Уже второго.

— Что он наговорил вам? Почему вы поверили ему?! Вам мало доказательств, что я предоставил? Мы стопроцентно выиграем это дело и вы с дочерью будете на свободе, да еще с его деньгами.

— Мне не нужны его деньги! — возражаю эмоционально. Встаю из-за стола, показывая что наша аудиенция подошла к концу.

Александр вскакивает за мной.

— Лиан, он построил свой бизнес на вашей крови и вашем страхе. Он обворовал вас тогда, в поезде! Это — целиком и полностью ваши деньги. Ваши и вашей дочери!

Мужчина стоит близко ко мне, нарушая границы моего личного пространства. Отхожу от него. Он порывается приблизиться, но я выставляю вперед руку.

— Я все сказала. Не буду свидетельствовать против Полянского.

— Лиана… Лиана — повторяет мое имя, будто пробуя, перекатывая на языке. — Я очень хочу вам помочь.