И с привкусом соли на губах

Повернись и сожми бедра.

Сам поворачиваю ее на живот, ставлю на колени во всем известную позу. Вид потрясающий. Но нельзя. Я обещал и сдержу свое слово. Поэтому осторожно вторгаюсь меж ее сведенных бедер в нескольких сантиметрах от главного источника наслаждения.

— Вот так, малышка. Я буду делать так. Ничего больше. Не бойся.

Я двигаюсь медленно и осторожно. И хотя я всего лишь по сути трусь о ее ноги, но не хочу пугать резкостью и страстью. Но по мере нарастания напряжения убыстряю темп. Бурно изливаюсь ей на кожу. Уставшая Лиана падает на кровать. Я опускаюсь на нее, накрыв полностью своим телом. Пусть привыкает к моему весу, к моей тяжести. И это все на несколько мгновений, чтобы просто поймать дыхание, восстановиться, осознать, что же сейчас произошло между нами. Затем мое сокровище шевелится подо мной, я же поспешно приподнимаюсь, чтобы прилечь рядом и привлечь ее, устроив голову у себя на плече. Счастливый и удовлетворенный дарю ей успокаивающие поглаживания. И хотя победу в наших постельных баталиях праздновать еще рано, но эту битву мы определенно выиграли.

* * *Лиана

Лежу в его объятиях, слушаю мерное дыхание и спокойное биение сердца. Зверь давно уснул, насытившись, взяв свое. Но и мне он тоже отдал. Подарил наслаждение, проследив и убедившись, что я получила его сполна, до конца, до дна.

Мысленно возвращаюсь к разговору с Македовым и его предложению. Сейчас у меня есть реальный шанс отомстить за себя Артему. Утопить его, засадить по полной. А если я озвучу то, что произошло между нами в поезде пять лет назад, а Андрей согласится мне помочь, подтвердив факт насилия, то ехать Полянскому обратно на зону в Сибирь по этапу…

Но хочу ли я этого? Да, справедливость должна торжествовать, Полянский за те грехи не успел ответил, как сделал новый, изнасиловав меня, а потом жил эти пять лет припеваючи, ни о чем не думая, гОря не зная, в то время как я мучилась от страха и боли, жила с нелюбимом мужчиной, воспитывала насильно сделанного мне ребенка…

Но как я могу это допустить после всего добра, что сделал Артем для Вероники и для меня за последние недели?!

Утром Полянский сама заботливость. После вчерашней ночи он удовлетворен и счастлив. Кормит Веронику, играет с ней, рассказывает нереальные байки. Я смотрю, как им хорошо вместе и план Македова не укладывается у меня в голове.

— Лиан, все хорошо? — замечает мое состояние Артем. — Ты такая задумчивая все утро… Хочешь, оставайся дома, если плохо себя чувствуешь.

— Нет, я поеду на работу. У меня встреча в обед. Мне нужно будет выйти…

Артем ожидаемо хмурится и внимательно разглядывает меня.

— Куда тебе нужно будет выйти?!

— Подожди.