Сага о Копье: Омнибус. Том I

Услышав знакомый голос, произносивший его имя, кендер поднял веки, но так, словно они были слишком тяжелы для него.

— Карамон… — прошептал он еле слышно. — Я… мне очень жаль…

— Тас!.. — могучие руки подхватили легкое, пылающее в лихорадке тело. Обняв Тассельхофа, Карамон стал укачивать его, точно младенца: — Тихо, Тас, не надо говорить…

Тело кендера скрутила предсмертная судорога. Карамону бросились в глаза сумочки и кошели Тассельхофа, в беспорядке раскиданные по полу: позабытые сокровища валялись, точно игрушки в детской, в которой не стало ребенка. Карамон заплакал.

— Я хотел спасти ее… — содрогаясь от боли, прошептал Тас. — Я не сумел…

— Ты спас ее, Тас, — задыхаясь от слез, выговорил Карамон. — Она жива. Она просто ранена. Она выздоровеет, Тас…

— Правда?.. — Лихорадочно горевшие глаза кендера озарились внутренним светом, потом начали тускнеть. — Не сердись, Карамон, но… я, похоже, не выздоровею… Ну да ничего, ты не волнуйся… я зато Флинта скоро увижу… он меня ждет… Хватит ему скучать там одному… и вообще… не надо было ему туда без меня уходить…

— Что с ним? — спросил Карамон неслышно подошедшего брата. Не тратя времени даром, Рейстлин склонился над кендером, чей шепот уже перешел в бессвязное бормотание."

"— Яд, — коротко ответил маг, глянув на золотую иголочку, поблескивавшую в факельном свете. Протянув руку, он несильно толкнул дверь. Щелкнул замок, и она повернулась на петлях, слегка приотворяясь.

Снаружи раздавались вопли и визг: солдатня и неракские невольники разбегались кто куда из рушащегося Храма, а небеса над ними содрогались от надсадного рева драконов. Повелители бились между собой, выясняя, кто же среди них сильнейший в этом новом, изменившемся мире. Рейстлин прислушался к шуму и задумчиво улыбнулся…

Рука брата, стиснувшая плечо мага, прервала его размышления.

— Ты можешь помочь ему? — спросил Карамон.

Рейстлин покосился на умирающего кендера.

— Слишком далеко он ушел, — холодно проговорил маг. — Я могу вернуть его, но это потребует части моей силы. А мы отнюдь еще не в безопасности, братец.

— Ты действительно можешь спасти его? — не унимался Карамон. — Неужели у тебя хватит могущества, чтобы?..

Рейстлин пожал плечами:

— Разумеется.

Тика зашевелилась и села, обхватив руками больную голову.

— Карамон!.. — радостно закричала она. Потом она увидела Таса. — Ой, нет… — прошептала она. И, забыв о собственной боли, тронула окровавленной ладонью его горячечный лоб. Глаза кендера широко распахнулись от прикосновения, но Тику он не узнал. Он закричал от боли.

Его крики не могли заглушить топота когтистых лап, бегом приближавшихся по коридору.

Рейстлин снова посмотрел на брата. Тот по-прежнему обнимал Таса.