Шут и слово короля

Кому требовалось, могли быстро сменить одежду с парадной на охотничью, вооружиться, переменить лошадей. Эдину тоже подвели другую лошадь — чтобы не задерживал охоту, его место на начальном этапе было рядом с королем. Оружие… он бы не отказался, но шуту оружия не полагалось. Королева и ее дамы тоже готовились ехать с охотниками, и королева Кандина, кстати, пересела на верховую лошадь и держалась на ней великолепно, как молоденькая. А заметив удивленный взгляд Эдина, засмеялась:

— Как дела, ваше шутовское величество? Не боишься медвежьей охоты?

Ответил принц Эрдад.

— Бабушка, известное дело, шуты всегда самые смелые, их болтовня сразит даже медведя.

Может, принц просто недолюбливал шутов?

— Завидуете, ваше высочество? — сказал Эдин. — Ведь король из нас двоих все-таки я.

Ничего, и Кука предупреждал, что подтрунивать над королевским семейством, легонечко — можно. Королева Кандина расхохоталась, принц на секунду скривился, но тут же широко улыбнулся.

Не решился препираться с шутом при бабушке, ронять свое королевское достоинство.

Король был весел и рвался в бой, громко переговаривался с придворными, выслушивал доклады егерей. Увидев мать верхом, он разволновался:

— Матушка, что ты задумала? Прошу, побереги себя! Вернись в карету!

— Ни в коем случае, сын мой, — тон королевы не подразумевал возражений, — я так давно не была на охоте!

Аллиель, как и другие фрейлины, тоже переменила бело-голубую парадную амазонку на темную охотничью. И около нее, вызывая смешки фрейлин, уже маячил барон Лажан. Лицо барона светилось воодушевлением, кажется, на охоте он чувствовал себя как рыба в воде. Принцесса Ильяра, невеста Эрдада, тоже казалась великолепной наездницей, была весела и необычайно хороша. Впрочем, почти все радовались, предвкушая удовольствие.

— А ты уже бывал на охоте? — тихо спросил Эдина Рай.

Тот отрицательно качнул головой.

На таком действе он не был никогда. С Якобом охотился — да, тысячу раз, но это была не та охота. Они просто шли в лес, чтобы подстрелить дичь, ради мяса для еды. Вели себя тихо и не нарывались на опасности. Старались далеко обходить матерых вепрей и тем более медведей, стреляли наверняка. После того давнего случая с подранком на земле барона Корренжи они долго еще били кабанов лишь вместе, двумя стрелами — впрочем, больше у них не было небрежных подранков, и таких приключений тоже не было. То, что затевалось теперь, было совсем другой охотой, и все, решительно все знатные охотники были к ней привычны — именно к такой охоте. Но только не Эдин.

— Тогда держись позади, — посоветовал Рай, — а то только мешать будешь, и опасно, опять же.

— Дай мне что-нибудь, хоть нож, что ли, — попросил он Рая, — а то ничего ведь нет.