Шут и слово короля

Спасибо!

— Нет, постойте, — Ниала шагнула ближе и и заговорила тихо. — Как вам сказать? Понимаете, я сама почти уверена, что ей лучше выйти замуж за барона Лажана. Он не слишком умен, вы заметили, да? Одна из моих кузин считает, что это достоинство: со временем можно найти способ вертеть таким мужем, как угодно! Понимаете, она ведь получит титул, владения, расположение королевы, и, кто знает, может, и видеть-то мужа станет только изредка! Так бывает иногда. Ведь это доля каждой из нас, вы понимаете, Эдин?

— Нет, леди Ниала, я не понимаю.

— Ну как же. Нас готовят к этому с пеленок: выйти замуж за кого велят родители, слушаться мужа, или как получится, — она лукаво улыбнулась, — заботиться о фамильной чести и о хозяйстве, воспитывать наследников. В двенадцать лет меня познакомили с будущим можем, и мое согласие никого не интересовало. И у Аллиель могло бы быть так же. Конечно, граф Верден выбрал бы ей в мужья кого-нибудь из высшей знати королевства, а не барона Лажана. Но какая разница, если на то пошло? Главное — расположение королевского семейства. А у вас как это происходит? Я хочу сказать, вы действительно циркач? Это правда, что ваши девушки сами выбирают мужей?

— По-всякому получается, леди Ниала. Но да, часто они выбирают сами. У нас еще иногда женятся по любви, стремятся, по крайней мере. Вы удивлены?

— Да, очень. Любовь — это что-то очень зыбкое и ненадежное. Но приятное, должно быть.

— Леди Ниала, зачем вы меня позвали? — не выдержал Эдин. — Объяснить, что Аллиель все-таки должна выйти за барона?

— Нет, как ни странно, — она взглянула в лицо Эдина. — Понимаете, ей плохо. Может быть, ей все-таки не нужно выходить барона. Вот мой жених мне нравится, хоть его и выбрали родители. И вы — нравитесь. А барон — не нравится. Короче, поговорите с ней!

— С радостью, леди Ниала, — он с нетерпением ждал, когда же она уйдет.

— Постарайтесь, чтобы вас не застали. Если что, скажите, что это я послала за вами, чтобы развеселить подругу. Поняли меня? Тогда я вас оставлю, — и она показала рукой на дверь в дальнем углу комнаты.

Уже в дверях она обернулась:

— Наверное, не следовало бы это говорить. Но, знаете что? Монастырские воспитанницы часто развлекаются тем, что болтают и мечтают. И мы тоже так делали. Аллиель все время говорила мне о вас. Очень часто. Кажется, ей нравилось говорить о вас, вспоминать вас. Конечно, это пустяки.

И она ушла, тихонько прикрыв за собой дверь.

Эдин остановился перед заветной дверью. Постучать?

Не успел — дверь распахнулась сама.

— Ниала, ты еще здесь?

Аллиель была в длинном халате, подпоясанном широким кушаком, неприбранные волосы рассыпались по плечам.

— Ты?.. — она отступила вглубь комнаты.

— Я, — он шагнул за ней. — Твоя подруга хотела, чтобы я тебя развеселил.