Город и его ненадежные стены

До сих пор ни разу не доставил нам никаких хлопот.

- У него, наверное, нет друзей среди сверстников?

Соэда покачала головой.

- Я не знаю этого наверняка. Но ему не о чем поговорить с другими подростками, а сверстникам не о чем поговорить с ним. Слишком разные увлечения. Впрочем, однажды в средней школе у него возникли некоторые проблемы с одной девочкой из их класса.

- Какие проблемы?

- Он очень заинтересовался ею и стал преследовать. Она не была поразительно красива, да и вообще ничем особенным не выделялась, но почему-то вызвала у него большой интерес. Поэтому он везде ходил за ней следом. Не делал ничего плохого, просто наблюдал, причем издалека. Но девочка, конечно, очень испугалась. Родители пожаловались директору, и в конце концов об этом узнали все вокруг. Многие даже запретили своим детям общаться с ним.

После этого разговора я стал иногда наблюдать за мальчиком - конечно, так, чтобы он ничего не заметил.

Судя по всему, он постоянно носил одну и ту же зеленую толстовку с принтом «Yellow submarine» (которая ему, похоже, очень нравилась). После рассказа Соэды я обратил внимание, насколько глубоко мальчик погружался в чтение. Открыв книгу и начав читать, он вообще переставал шевелиться. На лбу у него даже время от времени выступали капельки пота."

"Но заметил я все это только когда Соэда объяснила мне ситуацию, и я стал присматриваться к его поведению. Если бы не это, я вряд ли обратил бы на него внимание. Просто мальчик, сидящий в библиотеке и читающий, не поднимая глаз, вот и все. В его возрасте я тоже иногда был настолько поглощен чтением, что забывал есть и спать.

Его вопрос о моей дате рождения был первыми и последними словами, которые я услышал от мальчика. Как только он ее узнал (и определил, какой это был день недели), его интерес ко мне, видимо, угас.

Но однажды утром, в понедельник, когда библиотека была закрыта, я впервые увидел мальчика с желтой подводной лодкой на груди где-то кроме читального зала.

46

В то утро я, как обычно и делал по понедельникам, посетил могилу семьи Коясу и возложил на нее скромный букет. Небо было облачным, а ветер - настолько влажным, что, вероятно, в любой момент мог пойти дождь или снег. Зонта у меня с собой не было. Сначала я молча помолился за упокоение душ всех членов семьи. Пятилетний мальчик, погибший в результате несчастного случая, его мать, которая от горя бросилась в бушующую реку, и директор библиотеки, внезапно скончавшийся от сердечного приступа во время прогулки по горам, теперь обрели свой последний приют рядом друг с другом. Хотя никого из них я при жизни не знал, мое сердце все же чувствовало какую-то привязанность к эти людям.

Затем я сел на каменную ограду перед памятником и немного поговорил с ним.