Двор Тумана и Ярости

Возможно, у него возникли бы некоторые неудобства из-за этого, но… он был бы рад.

Я сосредоточилась на карамельно-коричневом наброске, который нарисовала рядом с глазами Амрен.

— Мне жаль, что тебе пришлось столько всего вынести.

— Спасибо, — сказала она, подходя, чтобы наблюдать за моей работой. — Визиты к ним всегда выбивают меня из колеи.

— Кассиан казался обеспокоенным, — ещё один любопытствующий вопрос.

Она пожала плечами.

— Кассиан, я думаю, тоже насладился бы возможностью порезать весь Двор Кошмаров на кусочки, начав с моих родителей. Возможно однажды, вместо подарка, я позволю ему сделать это. Ему и Азриэлю. Обоим. Это стало бы прекрасным подарком к солнцестоянию.

Я спросила, возможно, слишком обыденным тоном:

— Ты рассказала мне о ваших отношениях с Кассианом, но вы с Азриэлем никогда не…?

Резкий смех.

— Нет. Азриэль? После того случая с Касссианом я зареклась быть в отношениях с кем-то из друзей Риса. Однако у Азриэля не было нехватки в возлюбленных, так что не беспокойся. Он, конечно, скрывает свои связи получше нас, но тем не менее, они у него есть.

— Значит, если бы он был заинтересован, то ты…?

— Проблема, на самом деле была бы не во мне, а в нём. Я могу сбросить свою одежду прямо перед ним, но он и на дюйм не пошевелится. Может он и бросил вызов и доказал свою силу всем этим иллирийским придуркам, но какая разница. Даже если Рис сделает его принцем Велариса, то Аз все равно будет считать себя незаконнорождённым никем, недостаточно хорошим для кого-либо. Особенно для меня.

— Но… ты заинтересована?

— Почему ты спрашиваешь? — её голос стал жёстким и резким, более настороженным, чем я когда-либо слышала.

— Я всё ещё разбираюсь в том, как вы вместе работаете и уживаетесь.

Фырканье с её стороны означало, что настороженность ушла. Я старалась не показывать облегчение слишком сильно.

— Наша запутанная история насчитывает пятьсот лет, так что удачи.

Действительно. Я закончила рисовать ее глаза — медово-коричневые рядом с серебряными глазами Амрен. Словно это был ответ, Мор предложила:

— Нарисуй глаза Азриэля. Рядом с моими. И глаза Кассиана рядом с глазами Амрен.

Я подняла брови.

Мор одарила меня невинной улыбкой:

— Так все мы сможем присматривать за тобой.

Я лишь потрясла головой и спрыгнула со стула, чтобы начать думать над тем, как нарисовать ореховые глаза.

— Это настолько ужасно, — тихо спросила Мор, — быть его мейтом? Быть частью нашего Двора, нашей семьи, нашей запутанной истории и всего остального?

Я смешала краски в маленькой миске, и они, смешиваясь, были похожи на водоворот из сплетённых жизней.

— Нет, — выдохнула я. — Нет, это не так.

И у меня появился мой ответ.