Московский Лес-4. Леса хватит на всех

Ну, прильнул всем телом к дубу – мало ли на свете чудаков, разговаривающих с деревьями, и готовых часами простоять вот так, в обнимку с древесным стволом? И только при ближайшем рассмотрении обнаружилось, что человек не просто прижался к коре – нет, он врос в неё, так, что правая сторона тела вместе с бедром, рукой и половиной головы не были видны. По линии раздела плоти и древесины кора истончалась, прорастая в кожу – в особенности там, где следы недавних ужасных ожогов были особенно заметны.

- Это только начало. - тихо проскрипел Гоша. – Ещё месяц, два, и кора покроет его целиком.

- Ему больно? – помедлив, спросила Ева.

Лешак кивнул.

- Путь с того света назад, на этот непростой. Из дерева Седрик выйдет уже полноценным лешаком.

- Он нас узнаёт? – осведомился Виктор. Вслед за своими спутниками он тоже понизил голос до свистящего шёпота.

- Понятия не имею. У меня-то всё по-другому было. Тогда ещё Терлецкого Урочища не было – во всяком случае, в нынешнем его виде. Постепенно корой обрастал, год за годом.

- И долго ты… того… ждал?

Гоша озадаченно поскрёб затылок. Посыпались клочья мха и мелкие веточки.

- Да, почитай, лет пять ушло.

- А ему сколько мучиться?

- Меньше, конечно. Через год своими ногами пойдёт, лешачиными.

- И видеть будет? – осведомилась Ева. – На месте единственного глаза бывшего лидера Сетуньского стана красовалась нашлёпка бурого лишайника. И это было далеко не самое страшное - Виктор хорошо помнил кровавые ямы, в которые превратились глазницы Седрика после знакомства с Пятнами на Ковре. То, что Бич тогда притащил в Нору на самодельной волокуше, мало напоминало человека – сгусток боли, страдания, оголённой, израненной плоти .

- Обязательно будет. – заверил лешак. – Может, не совсем так, как вы, человеки - но всё что нужно в Лесу различит.

- И бормотуху вашу тоже будет хлестать – ту, что на жгучих дождевиках настояна? – ехидно осведомилась медичка.

Гоша вместо ответа лишь укоризненно скрипнул.

Виктор попытался представить, каково это – месяцами, возможно, годами стоять, прильнув к дереву и ощущать, как оно медленно прорастает в кости, мышцы, нервы, заменяя их своими волокнами. Воображение отказывало.

- Мне, значит, вот так же… предстоит?

Ну, что ты! – лешак даже замахал на него руками. – Тебе же только руку надо вырастить, да и то, не целиком, только ниже локтя. Это куда проще: недельку полежишь на особом ложе, настои попьёшь… Больно, конечно, будет, не без этого – ну так не маленький, потерпишь. Потом, правда, придётся приспосабливаться.

Об истинной цели визита в Терлецкое урочище. Они заговорили чуть ли не в первый раз, до сих пор ограничиваясь намёками.