Храмовый раб

Аншан— Уважаемый наместник, я хотел бы сообщить вам неприятную новость, — эну Нибиру стоял перед вельможей, поигрывая желваками. Этот самодовольный идиот бесил его просто невыносимо.

— Я слушаю вас, мудрейший эну Нибиру. Присаживайтесь. Как вам сегодняшняя погода?

— Мой князь, я боюсь показаться невежливым, но мне плевать на погоду. Как я и говорил, все очень плохо.

— Что вы имеете в виду?

— Вы помните отряд персов, которые закупили вооружения на умопомрачительную сумму?

— Как же, как же, помню, конечно. Все жду, когда они наниматься придут.

— Я хотел бы рассказать, что выяснили мои люди за это короткое время.

— Я весь внимание, мудрейший.

— Так вот. В битве при Кише наши персы никакого героизма не проявили, а когда вавилонский царь бежал, то побежали и они. Но двумя отрядами. Один, как мы выяснили, поехал спасать моего раба, а второй видели на дорогах с крытой повозкой. Причем они прошли от самого Киша почти до Аншана, а это месяц пути, и не зашли ни в один город. Они ночевали далеко в степи.

— Непостижимо! — воскликнул наместник. — Даже к шлюхам не заехали?

— Представьте себе, князь. Просто исчезли где-то в горах. А потом появляется сотник, бежавший с поля боя, и сыплет серебром налево и направо. Ни один храм по пути не ограблен, ни одно имение не тронуто, и ни в одном городе персы не продавали свою добычу. Что это значит?

— Что? — с глупым выражением лица спросил наместник.

— Это значит, что в повозке было серебро, и эта повозка по описаниям очень похожа на ту, в которой была походная казна царя Мардук-апла-иддина.

— Так ее же ассирийцы захватили.

— Значит, не захватили, — припечатал жрец. Мы посчитали, они потратили около десяти талантов. У них осталось еще столько же.

Наместник напоминал рыбу, выброшенную на берег. Триста килограммов серебра где-то лежали без дела. Это было просто возмутительно.

— Мы выяснили, откуда родом этот Ахемен. Та дыра в горах, где он родился — в трех днях пути для конника. Значит, они выйдут из своих ущелий, спустятся в долину и пойдут к себе. И сделают это сразу, как только получат последнюю партию оружия. Мы пытались проследить за ними, но все мои люди были убиты, кроме одного. Поэтому мы знаем, где они выйдут.

— Я соберу тысячу воинов, — заявил Син-Урраш.

И снова сотня АхеменаПерсы шли колонной, держа копья поднятыми, и готовились по команде развернуться в рассыпной строй.

— Щиты нужны, — запоздало подумал Макс. — тут я недодумал. И оруженосцы. Кто-то эту гору металла таскать должен. Ну да ладно, какие наши годы.

Впереди спешно строилась наемная фаланга, блестевшая бронзой доспеха, а за ней толпились эламские стрелки, натягивающие тетиву на луки. Монолитный строй тяжелой пехоты, прикрытой щитами, ждал привычного ливня стрел от конницы.