Хозяйка старой пасеки

Я не стала настаивать, — добавила она с тем особым выражением, какое бывает у умудренных опытом людей, наблюдающих за чужими бесполезными хлопотами.

Пока мы разговаривали, она заварила свежий травяной чай, достала из шкафа ложку с медом и бутылочку малиновой наливки.

— Я не поблагодарила вас за наливку, прошу прощения. Она действительно была очень кстати вечером и не помешает и сейчас.

— Это Граппина. Были у покойницы и достоинства: наливки она ставила прекрасные.

— Когда я утром разбирала кухню, в ней ничего не было.

Мария Алексеевна рассмеялась.

— Я нашла ее в буфете. Там целая батарея оказалась: малина, смородина, вишня, зверобой, мята. Надо их тебе под замок переставить, чтобы не искушали никого, а то шастают тут всякие.

— А они нормальные или как копорка? — на всякий случай спросила я. Малиновая, конечно, была чудо как хороша, но вдруг она исключение?

— Нормальные, нормальные. Я их попробовала. Говорю же, покойница мастерица была в этих делах. Да и любила очень, пожалуй, даже чересчур. Впрочем, не возьмусь ее судить. Много ли радости у нее было в жизни, если даже чая нормального не покупала, копоркой пробавлялась?

Много ли радости у нее было… Много ли радости было вообще в этом доме? Даже в любящей семье подростки нередко делают глупости, уж мне ли не знать. Но почему-то мне казалось, будто не от хорошей жизни Глаша поверила соблазнителю. В доме, где погибла целая семья, осталась лишь девочка, винившая в трагедии себя, — как будто тот гусар просто мимо проходил. И старуха, жегшая сальные свечи, когда в кладовой целый сундук восковых, и носившая платья покроя своей молодости.

В самом ли деле в имении полно долгов или просто дело в неописуемой скупости хозяйки?

Додумать эту мысль мне помешала Варенька. Несмотря на ночь, она была полностью одета, волосы убраны под чепец, шаль закрывала плечи, крест-накрест сходилась на груди и обвивала талию. Рядом с ней я снова, почти как утром, почувствовала себя замарашкой. Впечатление это усилилось, когда графиня неодобрительно поджала губки, похоже собираясь разразиться нотацией."

"От которой меня спасло появление Стрельцова. Под взглядами трех дам он провел ладонью по мокрым волосам, явно нервничая, попытался свести поплотнее полы халата. Тщетно: на талии и бедрах запах был достаточным, но в плечах ткань едва не трещала, а на груди расходилась, открывая мышцы.

Хорошо хоть штаны надел — все те же, от мундира.

— Кир, на кого ты похож! — возмутилась Варенька. — Даже в деревне существуют правила приличия!

Стрельцов виновато пожал плечами. Девушка обернулась ко мне.

— И ты, Глаша.