Хозяйка Северных гор

— Леди Эссекс, Вы же уже выбрали себе украшения, — не удержалась я от того, чтобы озвучить эту информацию для всех присутствующих.

— А я ещё хочу, — леди Эссекс, несомненно, обладала немалым аппетитом.

— Хорошо, мы включим те, которые Вы ещё выберете, в общий счёт.

И я заметила, как эрл переглянулся с супругой.

Прежде, чем чета Эссекс наконец-то покинула кабинет, я сказала:

— Эрл Эссекс, это недопустимо, что Вы с такой большой охраной находитесь в моем замке, я прошу Вас оставить то количество своих солдат, которое будет достаточно по статусу, остальные пусть будут в общих казармах.

Лицо эрла стало жёстким, и он явно собирался что-то сказать, но я не дала ему высказаться:

— Либо Вы сами можете жить вне замка.

Дверь так и оставалась открытой, и я видела, что в холле перед кабинетом собрались и мои тэны, и охрана эрла.

— Капитан Сэл, сэр Джефри, идите сюда — позвала я.

— Что произошло? — спросила я их, когда они вошли.

Оказалось, что никто особо не пострадал, кроме того, что тэны эрла, выполняя его приказ, практически совершили нападение на моих людей.

Граф, который всё это время не вмешивался, вдруг произнёс:

— Эрл Эссекс, леди права, я бы за такое в своём замке, бросил бы Ваших тэнов в темницу.

И граф добавил то, что сразу добавило ему «сто очков»:

— Я предлагаю Вам завтра же отправиться в Карнарвон, оттуда часто уходят корабли и обозы до столицы. Леди Маргарет жива, и наследство принимать не нужно.

Но эрл Эссекс всё-таки выторговал один день, рассчитывая, заручившись возможностью заключения договоров на поставки.

После их ухода я поблагодарила графа Честера.

Но ему этого было мало:

— Маргарет, ты так и не ответила, ты согласна?

— Джон, у меня обет, — сказала я графу ровно то, что говорила накануне леди Ярон.

— Я подожду, — произнёс граф, и взял меня за руку.

Не знаю, как, но он словно фокусник, достал огромный перстень. Несмотря на размеры, он выглядел изящно и явно был женским, большим смотрелся из-за крупного камня. Я заметила, что в таком же стиле перстень и на руке графа, с красным камнем, украшенный брильянтами.

Одев перстень мне на средний палец левой руки, потому что со всех остальных перстень сваливался, граф поцеловал мне руку, со словами:

— Я счастлив, Маргарет, что Вы приняли моё предложение, Ввы не пожалеете.

— А что с епископом будем делать? — спросила я.

— С епископом сложнее, но здесь на лицо подлог, поэтому попробуем с ним договориться, — проговорил граф и неожиданно рассмеялся, — главное не давайте ему оставить здесь своих монашек, а то они потом скажут, что Вы им выделили землю.

Я вытаращила глаза:

— Нет! Только не это!

И мы оба рассмеялись.

— Но мне некого поставить в этот приход, — уже серьёзным тоном сказала я, — отец Давид умер, а такого человека больше нет.