Хотите быть герцогиней?

– Это мисс Тиг, – сказала Пенни, подводя Эмму к молодой рыжеволосой женщине, лицо которой было густо обсыпано веснушками и… белой пудрой, которая была очень похожа на муку. – Никола живет на южной стороне площади.

– Она не считается фешенебельной, – пояснила леди Тиг.

– Зато она нескучная, – возразила Пенни. – Там обитают все скандально известные художники и сумасшедшие ученые.

– И одним из последних был мой отец, ваша светлость.

– Не слушайте ее. Она тоже из последних.

– Благодарю, Пенни, – сказала Никола. – Надо думать.

– А это мисс Александра Маунтбаттен. – Хозяйка дома повернулась к третьей гостье своего салона.

Мисс Маунтбаттен, очень миниатюрная девушка, была облачена в платье из невыразительной серой саржи, но ее внешность тем не менее поражала благодаря волосам, угольно-черным и блестящим, как обсидиан, зачесанным наверх и уложенным узлом на макушке.

– Алекс продает время, – сообщила леди Пенелопа.

– Я зарабатываю на жизнь тем, что сверяю часы по Гринвичскому меридиану, – пояснила мисс Маунтбаттен, склоняясь в глубоком реверансе. – Большая честь познакомиться с вами, ваша светлость.

– Садитесь же, прошу вас, – сказала Пенни.

Эмма подчинилась, опустившись на предложенный стул – резного дерева, который, похоже, был доставлен из старинного французского замка, а может, и из королевского дворца. Его обивка, однако, протерлась почти до дыр.

Где-то в задних комнатах дома раздался звук, похожий на блеяние.

– Это Мэриголд. – Пенни взяла чашку. – Не обращайте внимания.

– Мэриголд?

– Коза, – пояснила Никола.

– Она по уши влюблена в Энгуса, и ей очень не нравится сидеть в карантине. У нее, знаете ли, насморк.

– Значит, у вас козочка и козлик?

– О нет! Энгус – это шотландский бычок. Мне не стоит их поощрять, но они ведь стадные животные. Им нужна компания. Вам чай с молоком или с сахаром?

– И с тем и с другим, пожалуйста, – ответила несколько озадаченная Эмма.

Никола сжалилась над ней и объяснила:

– Пенни жалеет раненых животных. Берет их к себе под предлогом того, чтобы вылечить, а потом они поселяются в доме навечно.

– Неправда, я их отпускаю, – возразила Пенни. – Иногда.

– Это случилось один раз, – вмешалась Александра. – Только однажды ты отпустила кого-то. Однако давайте побеседуем нормально, хотя бы несколько минут, не то ее светлость испугается и покинет нас.

– Ничего страшного, – заверила ее Эмма. – Я очень рада, что оказалась здесь. – Действительно, светские дамы могут и подождать. – Как вы догадались меня пригласить?

– Ну так ведь наша площадь такая маленькая. Все знают всех. Кухарка скажет уличной торговке, а та разболтает горничной из дома напротив… И так далее и тому подобное. – Она подала Эмме чашку.