Хорошая девочка

Мы только что целовались, как герои развратной эротической истории про босса и секретаршу, и вот уже минут пять как вместо продолжения обсуждаем с жаром вечно тормозящий «Скетчап» на рабочих компьютерах. Р – романтика.

– Он уверен, что ты проиграешь, – честно отвечаю я. – Всем говорит, что назначит тебя ГАПом[15] на какой-нибудь проект и что ты будешь даже благодарен ему. Мол, у тебя появится много свободного времени на то, что ты любишь, а он…

– Я не хочу, чтобы он становился гендиректором. Кто угодно, но не он.

Лицо Андрея снова мрачнеет, от былой легкости не остается и следа.

– Найми кого-то. Разве так не делают? Гендира же можно просто взять на ставку, верно?

– Верно. Но это должен быть человек ответственный. Тот, кому я доверяю как себе. На поиск нужно время, которого у меня нет.

– Есть кто-то на примете?

– Нет. Я знаю хороших архитекторов. Много. Но не прирожденных директоров.

Он с шумом втягивает воздух, а мне так хочется ему помочь! Но я тем более не знаю никого, кого могла бы порекомендовать.

– А чем Игорь плох?

– Я ему не доверяю. Он слишком лебезит перед всеми. И я почти уверен, что с ЖК «Престольный» что-то не так. Я рассматривал эту землю под строительство несколько лет назад. Странно, что ему дали разрешение вырубить реликтовую рощу. Я спросил его прямо, он сказал, что нужно знать, с какой стороны подойти к вопросу. Но я точно помню, что там запрещены постройки такой этажности. Были. Три года назад. Почему геодезисты дали разрешение сейчас? А еще меня смущают его подрядчики – люди непроверенные, и цены у них завышены. Я не верю, что он построит и половину того, что пообещал. А он – на минуточку – продал уже большую часть квартир в комплексе. Он торопится, устраивает акции – парковочные места в подарок к трехкомнатным квартирам и прочее. Рекламными щитами увешан уже весь город, а новость о том, как у соседнего дома из-за его стройки провалилась парковка, внезапно… замята. Это большой скандал. Должен был быть.

– Я могу чем-то помочь? – все же спрашиваю, потому что не могу не спросить.

– Просто не связывайся с ним.

– А если… если он уволит тебя?

– Буду надеяться, что он не развалит бюро деда и не опозорит его имя больше, чем делает это сейчас, – тихо отвечает Андрей, а потом, усевшись в кресло, наклоняется и прижимается щекой к моему колену, пока я глажу его волосы.

Эта пытка – видеться урывками, постоянно куда-то спешить – продолжается день за днем, потому что дел становится только больше и больше. Но каждый день в обед мне снова привозят еду, и я, улыбнувшись, спускаюсь в кафетерий, где сажусь за самый дальний столик, зная, что, даже если ко мне никто не присоединится, Андрей напишет и пожелает приятного аппетита – но сам точно забудет поесть."

"Я догадываюсь, что именно это и раздражало Карину.