Я. Хочу. Тебя.

Разряжусь в горло по-быстрому, а после уже и к нормальной программе перейдем. К долгой. К той ночи, которую мне девчонка должна!

Хрен она за эту ночь хотя бы глаза закроет на минутку!

Вздергиваю пальцами подбородок, заставляя глазища эти ко мне поднять.

Так и чувствую упругие губы на своем члене.

На них, полураспахнутые, и смотрю.

И калейдоскопом мелькают картинки всех поз, в которых провертеть ее только за эту ночь успею! Камасутра отдыхает на хрен!

Много всего перепробовал. Ни  разу, правда, не было, чтобы с одной всю ночь. Скучно. Девок менять хочется. С одной сзади хорошо, лицом в подушку вбивать, другую на себя сверху насаживать так, чтобы кости на бедрах трещали.

Но с зеленоглазкой с одной хочется. Всего. И даже такого, что и не пробовал.

Мозг сам подбрасыват такие картинки, от которых один из горла хрип и рвется.

Нет.

Нужна быстрая разрядка! Прямо сейчас! Срочно!

Иначе я девочку реально порву! Вобьюсь со всего размаху.

Скольжу пальцами по упругим губам. Смотрю, как глаза ее расширяются. Зрачки совсем огромными делаются, будто под наркотой девчонка.

Блядь.

Меня самого будто током пробибает.

Ни один ствол, на меня наведенный, так не впечатлял, как глазищи эти.

Трясет так, что реально сейчас стены у нас дрожать начнут.

Сам будто под наркотой. Под гигантской дозой.

Не замечаю, как рывком дергаю на себя.

Не вниз, как требует чуть не дымящийся член. Вверх.

Вгрызаюсь в ее сочные губы всем ртом.

Пью. Вдыхаю. Пожираю.

Уже так делаю своей.

И перед глазами все расплывается.

Пить ее хочется. Выпивать. Досуха. До капли.

Вкусная. Блядь, какая же она вкусная.

Пробует пискнуть, но только вбиваю язык сильнее. Глубже. Почти до самого горла.

Пиздец.

Никогда кайфа не получал девку вылизывать.

И тем более, такую. Не для поцелуев рот у той, что у Рината побывала, создан. Все равно, что унитаз языком вышкребать.

А остановиться не могу. В струну натянутую превращаюсь.

Сожрать ее хочется. Каждый удар языка, и будто сам себе под грудь лупашу.

Вкус ее, такой одуренный, по вискам лупит. Мозги вырывает. По венам разгоняется вместе с кровью так, что дурею.

Ничего не вижу. Не помню. Не замечаю.

Даже то, как шкребет ноготками по груди, таким сладким кажется. А каждый ее стон взрывается во рту. Под кожу уплывает.

Одуреть, маленькая.

Сроду крыша у меня так не съезжала.

Прихожу в себя, когда чувствую, как что-то будто трещит. И малышка под руками вся извиваться начинает.

– Прости. Слишком сильно сжал, – выдыхаю, опуская свою сладкую добычу ногами на пол.

Опираюсь на стену руками, захватывая ее в капкан.

Хотя. Она и так в капкане. Уже точно не выпорхнет! Никогда…

Дышит так часто. Рвано. Щеки красные.

Одуреть.

И глаза эти.

Огромные.

Моя дурь.

Мой коллапс.

Да и я не лучше.