Морские хищники

Каким бы трудным оно ни было, но зачем портить жизнь тем, кто работал на тебя? Помогал тебе?

– За хорошие деньги, не так ли? И давай без соплей, предстоящую ночь ты проведешь со мной. А потом можешь выходить замуж. За Болека или за обезьяну из зоопарка. Я забуду о тебе. И все, мне надоели бестолковые разговоры.

– Но что я скажу Болеку?

– Ничего! Все, что надо, я сам ему скажу.

– Но это…

– Все! – вновь прервал женщину Зениг и приказал: – В машину! Мы теряем драгоценное время.

Юшкевич подчинилась. Да у нее не было другого выхода. На свое несчастье, она хорошо знала Зенига. Тому лучше не прекословить. Убьет, не моргнув глазом. Он и сейчас наверняка прилетел в Гданьск, чтобы убрать кого-нибудь. Страшный, безжалостный человек.

Водитель повел автомобиль к выезду из города. Сидя на заднем сиденье, Зениг положил руку на ногу Евы. Та не убрала ее.

– Вот так-то лучше, дорогая.

Ева повернулась к нему:

– Я сделаю все, что ты скажешь, Карл, буду такой, какой ты пожелаешь, одно прошу, придумай что-нибудь, чтобы Болек не знал о предстоящей ночи.

– Он живет у тебя?

– Последнее время да! Но не постоянно. Иногда я ночую в его доме. У него, ты знаешь, больная мать, поэтому ему иногда приходится сидеть с ней.

– Почему он не сдаст ее в дом для престарелых?

– Так она же его мать.

– У тебя тоже была мать. Однако это не помешало тебе помочь ей упасть с пятого этажа, когда она мыла окна. И ради чего? Ради того, чтобы той же ночью веселиться в клубе с иностранцем, куда мать тебя не пускала. И ты мне говоришь о каких-то родственных чувствах?

– Это было давно.

– Да, но, повзрослев, ты не стала лучше. Так что не надо, Ева. Я удивляюсь, как Болек решил связать свою жизнь с тобой. Трахал бы, как раньше, безо всяких обязательств и предрассудков, свободным человеком, нет, сует голову в петлю. Впрочем, самоубийство – дело сугубо личное. А насчет твоей просьбы? Хорошо. Болек не узнает о нашей связи.

К дому Болеслава Зеленского «Опель» подъехал в 8.40. Расплатившись с водителем, Зениг вышел из машины. Подал руку Еве, помог выйти ей. Такси тут же развернулось и пошло в сторону центра.

– Честное слово, мне будет не хватать тебя, Ева. Но я сдержу слово. Впрочем, уверен, ваш брачный союз с Зеленским быстро развалится и скоро все опять вернется на круги своя.

На пороге появился хозяин дома.

Зениг улыбнулся:

– Болек! Дружище, рад видеть тебя!

– Я тоже!

Он пожал руку гостю из далекой Англии, одновременно вопросительно и подозрительно взглянув на Юшкевич. Но та приветливо улыбнулась своему жениху.

– А где Лешек?

– В доме. Хотел тоже выйти, я сказал, что не стоит привлекать внимание соседей. Что у тебя за дело к нам, Карл?

– Что, вот тут и будем разговаривать? Или все же пригласишь войти внутрь?

– Извини. Проходи, конечно.

Зениг вошел в дом.