Заноза для хирурга (СИ)

— Не надо, — он прикрывает ладонью экран, но тут же убирает руку, — я отвезу вас обоих, идёмте!

— Но…

— Да? — мужчина терпеливо ждёт, пока я судорожно пытаюсь придумать какой-нибудь предлог и отказаться.

— Аннушка? — сбоку подходит Герман. — Если вы не против, я соглашусь на предложение вашего уважаемого коллеги.

— Герман Эдуардович, мы же планировали поужинать вместе после музея, — вспоминаю про наши планы.

— Дорогая моя, — Соболевский аккуратно прикасается к моему плечу, — не возражаете, если мы перенесём ужин на другой день?

— Что случилось? — я пугаюсь. — Вы плохо себя чувствуете? Болит где-то?

— Нет, Аннушка, не волнуйтесь так, — старик улыбается, — просто в моём возрасте толпы народу вокруг несколько утомляют. Надеюсь, вы меня простите?

— Конечно, — я с беспокойством смотрю на Соболевского. — Тогда, раз уж Никита Сергеевич не против, пусть он вас отвезёт и проводит, а я вызову…

— Анна Николаевна, успокойтесь, — Добрынин берёт меня под локоть. — Пойдёмте, мы сначала вместе завезём Германа Эдуардовича, чтобы вы не переживали за него, а потом я отвезу вас.

— Отличная идея! — Герман подхватывает меня с другой стороны, и они практически тащат меня к стоянке, я еле успеваю перебирать ногами.

Машиной начальника оказывается здоровенный белый джип Чероки. Никита Сергеевич отпускает мой локоть и, отключив сигнализацию, открывает передо мной переднюю дверь.

— Садитесь, Анна Николаевна!

— Я лучше назад, — пищу неуверенно.

— Давайте-давайте, Аннушка, полезайте, — Соболевский слегка подталкивает меня, — а я сзади сяду, — и подмигивает!

Вот… старый сводник!

В итоге я оказываюсь на переднем сиденье, довольный Герман сидит позади, а Добрынин, усевшись, скидывает лёгкую куртку и остаётся рядом со мной в одной рубашке."

"— Герман Эдуардович, киньте там куда-нибудь, пожалуйста, — протягивает назад одежду, цепляет телефон на торпеду и включает навигатор, — и скажите адрес.

К квартире Соболевского мы доезжаем быстро.

— Герман Эдуардович, давайте я вас провожу? — спрашиваю у старика.

— Ну что вы, милая, не настолько я дряхлая развалина! — смеётся он и выходит из машины. — Доброй ночи!

— До свиданья! — с тревогой смотрю на Германа.

— Я провожу. Сидите, — тихо говорит Добрынин, касается моей руки и быстро открывает дверь.

Раскомандовался!

Но почему-то я подчиняюсь и продолжаю сидеть, ожидая возвращения водителя. Ну не бросать же открытую машину без хозяина. Который, впрочем, залезает обратно уже спустя пять минут.