Хан

Я терпеливо и напряженно ждала, что он скажет, когда Али сначала осмотрел меня, затем перекинулся парой фраз о состоянии Каана, который только отмахнулся рукой, хмуро заметив, что и похуже бывало.

— Вобщем есть кое-что, чего вы не могли знать о Лейле, — наконец кашлянул Али, заставив меня сжаться, а Каана вытянуться в кресле, когда он просто кивнул головой, ничего не говоря, — девушка не могла говорить. В детстве получила травму, которая отложила отпечаток на ее способность воспроизводить звуки.

— Что это значит, Али? — нахмурился Каан, подавшись вперед и застыв, когда он приглушенно ответил:

— Лейла была немая.

В палате повисло молчание, от которого звенело в ушах.

— Ты серьезно?

— Да, ошибки быть не может, я нашел все, что смог о состоянии ее здоровья, чтобы сделать новую карту…родители возили ее в прошлом году на обследование в один центр. Лейле должны были сделать операцию, чтобы попытаться вернуть способность говорить.

Голова шла кругом, отчего светлые стены буквально расплывались перед глазами, поглощая звуки и голоса в моей голове, словно ее закоротило….если это был тот самый чистый лист, о котором говорил Каан, то он был светлым от плотного туманна, куда я несмело ступала, не зная, что ждет меня в этой белой мгле. Я только что упала, не сделав даже первого шага, понимая, что ничего не знаю о себе новой….как не могу поставить точку на себе старой.

— Не переживай, — обратился ко мне Али, склоняясь над кроватью, — мы уже обсудили эту ситуацию с Тео сегодня и решили, что через пару месяцев, когда все утрясется и встанет на свои места, мы просто якобы сделаем тебе операцию, когда ты сможешь заговорить.

Я уже ни о чем не переживала…я просто пыталась понять, как мне жить дальше, а главное зачем.

В этих тяжелых раздумьях прошел день.

И еще…и еще…

Я терялась в днях, считая только жуткие бессонные ночи, которые отмеряли мою так называемую «новую жизнь», что началась не с чистого листа, а с запаха горелой резины и цвета крови.

Я не хотела такой жизни, но как я могла свернуть теперь обратно?…

Мне казалось, что я каменею, лежа в кровати и уже не испытывая боли.

По крайней мере, физической.

Мне казалось, что я начинаю сходить с ума, прислушиваясь к шагам в коридоре и пытаясь узнать в них шаги того, по кому моя душа рыдала и стонала, прося о помощи и пощаде.

Мне не нужны были эти лекарства, капельницы и перевязки. Мне просто нужен был глоток аромата, который пробудит во мне жизнь и способность идти дальше.

Я спрашивала у Каана и Али осторожно и тихо, где Хан, смущаясь каждый раз произносить даже его имя вслух, получая в ответ всегда лишь одно, что он занят и приедет, как только сможет.

…я начинала думать, что он ушел…

Что поставил точку на Алие и больше не захочет перевернуть новую страницу…с Лейлой.