Гувернантка с секретом

Граф ответил не сразу, и голос его я даже сперва не узнала – настолько он был холоден:

– И не поспоришь с тобою…

– А со мной не надо спорить, дедушка! – Алекс уже откровенно смеялся. – Дайте мне ваше благословение – и довольно! Вы так волнуетесь, право слово, будто это величайший шаг в моей жизни. А женитьба в наше время – это лишь формальность, я даже жить с ней под одной крышей не обязан.

– Если у тебя в день помолвки уже такие мысли, то я боюсь представить, что станет дальше… – отозвался граф. И вдруг в повисшем тяжелом молчании спросил бодро: – А ты не подумал о Мари Полесовой? Я все же надеялся, что за вашей дружбой стоит нечто большее. И уверен, что не я один так думал.

– Вы шутите, дедушка? – Алекс хмыкнул столь небрежно, что у меня зачесалась ладонь дать ему пощечину. – Мари – глупый вздорный ребенок, и только…

– Она не ребенок! – снова повысил голос Курбатов, и чувствовалось, что с каждым словом он закипает все больше. – Она девушка из хорошей семьи! А ты не можешь не понимать, что, проводя с ней столько времени, компрометируешь и ее, и Полесовых!

– Я ничего ей не обещал! – веско заметил Алекс. – Да и вы сами видели, что Мари ничуть не смутила новость о моей женитьбе. Ей все равно! Лишний повод показать, какая-де она умная и прозорливая! Глупая, глупая девчонка! А что до компрометации Полесовых… – Алекс опять хмыкнул, – уж не вам меня в чем-то упрекать, дедушка, поскольку вашу нежную дружбу с мадам Полесовой не обсуждают только немые…

– Замолчи! – Самодовольный голос Алекса оборвал звонкий удар – кажется, свою пощечину графский внук все-таки получил. – Щенок!

Я стояла под дверью, боясь шевельнуться или вздохнуть, и не узнавала ни Алекса, ни тем более графа Курбатова. Всегда мягкий, тихий, деликатный… Я представить не могла, что Курбатов мог так взбеситься. Еще и ударил внука.

Тотчас после удара я услышала тяжелые графские шаги у самой двери и, спохватившись, бросилась вон из библиотеки. Все еще волнуясь, преодолела короткий коридор и укрылась за углом. Но и здесь, прижавшись спиною к стене, слышала, как граф, будто догадываясь о чем-то, покинул библиотеку и приблизился. А потом вышел из-за угла и встал прямо передо мной.

– Афанасий Никитич! – бодро воскликнула я, сделав вид, что только что вышла в этот коридор из холла. – Мне сказали, что сани для поездки готовы… вы не знаете, мальчиков уже собрали? – кажется, мне удалось говорить самым обыденным тоном.

– Да, кажется, мальчики готовы, Лидочка, – не менее обыденно отозвался Курбатов. – Холодновато сегодня на улице, да?

Когда я стояла под дверью кабинета, мне казалось, что граф в бешенстве, на грани нервного срыва, но сейчас… Курбатов выглядел совершенно спокойным. Будто это не он только что в истерике ударил внука.